Хроники отеля "Уайтвуд". Сны в городе призраков

Виктор посмотрел, как лакей притворил за ними двери, и вновь широко распахнул их перед новым гостем.

Вошёл высокий мужчина в заснеженной шубе, стряхнул её на руки гардеробщику, неторопливо стянул перчатки. Эраст подле локтя своего босса внезапно затаил дыхание.

— Я его знаю, — шёпотом сказал он. — Я его точно где-то...

Что было странно — и у Виктора возникло то же чувство. Эти великолепные в своей уверенности движения, эта манера держать голову, эта несколько театральная седая прядь в чёрных волосах. Чем-то сей безукоризненный красавец напомнил ему сэра Ланселота в ту пору, когда сэр останавливался в «Уайтвуде», ища Грааль на аукционе «Сотби».

— Его высокородие господин статский советник Фандорин Эраст Петрович! — провозгласил мажордом, и новый гость прошёл мимо Виктора в фуршетный зал, а секретарь укрылся от него между колонной и боссом.

— Мне нельзя с ним встречаться, — пробормотал юноша. — Я, право, не представляю, что из этого может выйти...

— Это ваш родственник? — спросил Виктор. — О, это ваш отец, и вам нельзя здесь быть?

И правда, какое-то сходство определённо.

— Нет, — простонал его секретарь. — Это я сам. Силы небесные, это же как я вот в это... вот до этого дожил? Высокородие? Статский советник?! Мне кажется, я сейчас умру.

— Мне кажется, вам нужно выпить, — решил Виктор. — Лучше бы, конечно, бренди, но вам рано. Эй, шампанского сюда.

Шампанское помогло, парень перестал трястись, и Виктор счёл возможным немножко его помучить.

— Какого вы года рождения, Эраст?

— Пятьдесят шестого.

— То есть по вашему личному отсчёту сейчас должен быть где-то семьдесят третий?

— Нуууу...

— А я живу в 1911м. И вы, — он кивнул в сторону фуршетного зала, — тот вы — тоже. И скажите-ка мне, Эраст, каким образом вы, логически существуя в 1873ем году, рассказываете мне об обстоятельствах убийства Столыпина и о портретах семейства Юсуповых, написанных Серовым... ну, в общем, в начале века. У вас что, общая память с вами...

— А вы как это объясняете?

Виктор вздохнул.

— У меня единственное объяснение, мой дорогой секретарь. Вы — персонаж.

— То есть?

— Угу. В чистом виде. Я мог бы сразу догадаться. И тот вы, вероятно, тоже персонаж. Если, конечно, он не автор мемуаров про свою молодость, но как-то он на литератора не тянет. У него и так все хорошо. А если судить по его внешнему виду, жизнь вам предстоит интересная. И да, оба вы написаны ну очень сильно позже.