Земные врата

«Всё равно они будут Зотова уведомлять, – угрюмо думал граф. – Складывается впечатление, что тут каждая мокрица на прикорме у заводчиков, и только ждёт продать душу ближнего своего за тридцать сребреников… Да как бы и в стенах потайных ходов не было, чтобы оттуда подслушивать!»

Велел простучать стены – не нашлось ходов. Но чувство, что каждое слово комиссии доходит до Зотова, осталось.

– Нижайше прошу – посодействуйте, ваше сиятельство, мне после дела на Алтай перевестись, – просил шихтмейстер. – Иначе здесь житья не будет.

Сами изволите видеть – злодеяньям счёта нет, все кровью и золотом повязаны…

– Пришло дело осуждённой девки с прииска. – Поручик сломал печати на пакете. – Желаете ознакомиться?

– Читайте сами, позже доложите вкратце.

– Персона важная! Из-за неё три ведомства тягались, – посмеивался офицер, переворачивая листы. – Лекарское, епархиальное и судное. Решали – умом повредилась, в раскол впала или просто бунтовала от невежества.

Граф с интересом поднял глаза от бумаг:

– Но сослали-то её общим порядком, значит – в вере тверда, в своём уме была… Что такого она наговорила, раз её заподозрили?

– А вот подшиты с её слов записанные показания: «Есть под горами иное…»

На этом месте поручик запнулся и умолк, а лицо его вытянулось, живо напомнив Строганову момент встречи с дерзким златокудрым подпаском.

– Дальше, дальше, – ободрил граф.

– «…иное царство, где людей работой не неволят и батогами не бьют».

– М-да, занятные фантазии. Медики от них холодным душем лечат. К слову, сколько на прииске работных бунтовало?

– С тысячу, – подал голос шихтмейстер, внимательно слушавший их беседу.

– Были и мужики, но больше бабы, девки, ребятишки… Душ не губили, только вашгерды разбили и стражу в ломы прогнали. Против лома да кайла, ваше сиятельство, и пистолет не сила, а плеть – вовсе ничто. Вот стражники и драпанули – кому охота голову под лом подставлять?..

– Я о другом, любезный. Бунтовала толпа, а судили и выслали одну девку – почему именно её?

– Разные ходили разговоры…

– Какие?

– Вроде бы… – Шихтмейстер мялся.

– На девичьем бунте Батина была зачинщицей…

– Так ведь не единственной. Называли ещё золотарок Малышкину и Котлованову.

– Эти – горластые бабы, именно они хотели стражу кончить. А Батина вместо убийства звала идти от реки Сак-Елги к пещере в горе Сугомак. Дескать, кто кровью замаран, того гора не впустит…

– Да тут у вас целые легенды складывают, – усмехнулся граф. – Прямо-таки флейтист из Гамельна, который детей в гору увёл.