Сага о сундуке

— А он простит тебе побег?

— Разумеется. Куда они денутся, из-под холма.

Бьёрн хотел спросить ещё что-то, но так и замер с открытым ртом. А потом как-то обмяк и рухнул на стол лицом.

Амгерд с недоумением посмотрела на приятеля. Потом ущипнула его за щёку, но Бьёрн в ответ только застонал, но даже не открыл глаз.

— Уснул, — сообщила она, и страх был в её голосе.

— Смерть тебе, потаскуха ты остроухая!— закричала Трима и бросилась на Амгерд, замахиваясь деревянным ножом. Но стройная лесная дева ловко нырнула вбок и попыталась достать соперницу посохом.

Однако и та, и другая рассчитали неправильно. Нож рубанул посох прямо посередине — и тот с обиженным хрустом сломался и развалился надвое. Брызнули искры, запахло палёной шерстью — а две девушки уже катились по полу, вцепившись одна одной в волосы. Нож заскакал по полу и скрылся под лавкой.

Наконец, они остановились. Амгерд оказалась сверху. Трима врезала ей кулаком по лицу, потом ещё раз — но четырёхсотлетняя в ответ только усмехнулась и занесла для удара обломок посоха, укоротившийся, однако по-прежнему смертоносный.

11. Как разрешилась распря между двумя девами

Но Амгерд, дочь светлых альвов, не успела вонзить в поверженную Триму то, что осталось от её посоха. Два острия кинжалов упёрлись в неё сзади — одно между плеч, другое в затылок.

— Угомонись, лесная дева!— произнёс ярл Хакон, входя в светлицу вслед за дружинниками. — Хватит смертоубийства! Отложи своё оружие, потому что оно тебе уже не поможет. Мы нашли и лодку твоего приятеля, и серебряный сундук в этой лодке — мою законную добычу.

Амгерд выдохнула и опустила посох. Перешагнула через соперницу и отошла в угол, но посоха из рук не выпустила.

Дружинники смотрели на неё, не в силах двинуться с места. Красота лесной девы защищала её, словно невидимый щит.

Запыхавшийся Иллуги влетел в дом следом за ярлом и рухнул на скамью.

И вдруг все услышали голос старшего альва:

— Прекрати запугивать мою дочь! — произнёс отец лесной девы, вступая в светлицу следом за ярлом. За его спиной виднелись его сыновья с грозными посохами в руках. В кристаллах на посохах плясал нетронутый зелёный огонь.

Ярл развернулся к альву — но даже сейчас не выказал смятения. Только стало слышно, как тяжело и с хрипом он дышит.