Проклятая Черной Луной

— Какого черта? — раздался недовольный голос. Яра удивленно посмотрела перед собой. В комнате был только император Реншу. Наполовину раздетый. Пояс стянут белым бинтом. Яра испуганно зажмурилась и развернулась, забормотала извинения и попыталась выйти. Дверь грохнула, но не поддалась.

— Это какая-то злая шутка, — прошептала девушка, упирая взгляд в дверь. Как говорила госпожа Мин? Сколько у них секунд, если они остались наедине с мужчинами? Яра еще раз дернула дверь. Никакого результата. Сердце билось где-то под горлом.

— Успокойтесь, госпожа Кин, — практически с мольбой проговорил император. Зашелестела ткань.

—Ваше Величество, простите. Я не хотела. Мне сказали, что…

«Мне ничего толком и не сказали», — подумала она и достала переданный Умэ листок. Развернула его. Бумага с печатью была абсолютно чистой.

— Ради всего святого, госпожа Кин, успокойтесь, — уже раздраженно проговорил мужчина. — Я в курсе придворных протоколов, и понимаю, что мы с Вами оказались в очень… интимной обстановке.

Могу гарантировать, сейчас посягательства на Вашу честь меня интересуют в последнюю очередь.

Это прозвучало даже обидно. Яра все еще держала руки на двери. Как будто по волшебству плотные деревянные створки должны были открыться, стоит на них подольше посмотреть.

— Садитесь за стол, госпожа Кин. Не мозольте глаза. Нас откроют через полчаса, когда догорит свеча.

Яра обернулась. На столе действительно горела толстая белая свеча. Деревянный фитиль приятно, успокаивающе потрескивал.

Девушка села, стараясь не смотреть на полуобнаженного мужчину. Глазами вцепилась в рисунок деревянных узоров на столике.

— Не удивлюсь, если тут опять руку приложила старая ведьма, — хмыкнул император Реншу. Он поднял с пола верхнюю часть одеяния и набросил на плечи.

— Мне передали это. Сама бы я не пришла, — девушка положила на стол листок бумаги.

— Вот мы и узнали, зачем кто-то трогал мою печать, — хмыкнул император. Смерил красную, как рак, Яру внимательным взглядом и рассмеялся.

— Я бы предложил вам чаю, госпожа Кин, но настоятельно не рекомендую. Это варево на вкус как помои, а от него и язык заплетается.

— Зачем же Вы его пьете?

Вместо ответа мужчина отодвинул в сторону полу одеяния, давая девушке лучше рассмотреть опоясывавшие его бинты.

— Помогает притупить боль. Без этого отвара я становлюсь просто невыносимым.

— Вас ранили?

— Покушение, — кивнул он, наливая себе чашку терпко пахнущего отвара.