Штрафная: книга вторая

Штрафная: книга вторая

Роман Колесов

Глава 1

Несколько раз вздрогнув во сне, рядовой штрафной роты стоявшей под Калугой, открыл глаза и резко сел на лежанке.

Чувствуя, что лицо его и спина покрыты холодной испариной, штрафник подхватил лежавший рядом носовой платок, и медленно вытер им капли пота с лица.

В свете охранного прожектора, который ярко светил на улице, на глаза солдата попались инициалы вышитые на платке.

«Л.В»

- Твою же мать… - тихо выдохнул штрафной, и осторожно, чтобы не разбудить товарищей, поднялся с телогрейки заменявшей ему матрас.

Аккуратно ступая, он прошагал через наспех сколоченный барак, и вышел на улицу. Прохладный ночной воздух, густой волной ворвался в прокуренные легкие, наполняя их свежестью.

- Ты чего бродишь, Макаров? – раздался голос совсем рядом.

Чуть вздрогнув от неожиданности, солдат обернулся и увидел особиста роты, который сидел на бревне, задумчиво изучая какие-то бумаги. Светом ему служил высокий факел, который был воткнут в землю тут же, рядом.

- Да так – пожал плечами Макаров, закручивая махорку в обрывок газеты – Снится всякое!

Капитан НКВД поднял взгляд и внимательно поглядел в лицо штрафного.

Особист знал всю роту поименно, да и подноготную каждого тоже. Этот, ничем не выделялся. Тихон Макаров, мужичок 43х лет отроду. В прошлом картежник, вор рецидивист, мошенник. В общем, обычный амнистированный штрафник.

Вот только как его по батюшке звали, Виталий запамятовал.

- Как тебя по отчеству кличут Тихон? – нахмурившись пытаясь вспомнить, поинтересовался капитан.

- Нет у меня отчества, Виталий Сергеевич – вздохнул Тихон усаживаясь на другой конец бревна и поднимая взгляд к чистому, усыпанному звездами небу.

- Как это нет?- чуть растерялся особист – Не положено так. Даже если отца нет, должно быть отчество прописано.

- Андреевич я, по имени брата. А он Тихонович, по моему имени. Только разве можно это отчеством назвать? Братство разве что… – с легкой усмешкой, пожал плечами штрафник, продолжая глядеть на сверкающие звезды.

- Понятно. А у меня вот есть отец – захлопнув папку с документами, добавил он – Только давно с ним не виделись, разругались к чертям, в пух и прах. И главное из-за ерунды такой, вспомнить стыдно – сказав это, Виталий открыл портсигар и вытащив папиросу, постучал ей о латунь.

- Вот и мы тоже – выпустив струю сиреневого дыма, отозвался штрафник – Разругались с братом. Но то моя вина, целиком и полностью. И его подставил. И семью его. По глупости своей шальной.