Волшебные подплечники

Взял бы в рай с собой всё опасности,Чтоб вернее меня ждала,Чтобы глаз своих синей ясностиДома трусу не отдала.Взял бы в рай с собой друга верного,Чтобы было с кем пировать,И врага, чтоб в минуту сквернуюПо-земному с ним враждовать.

Вылезем. Вот уже... Хлое подтянулась, утвердившись на ногах, сделала два быстрых вдоха и закончила голосом хриплым от натуги, но звонким от торжества.

Ни любви, ни тоски, ни жалости,Даже курского соловья,Никакой, самой малой малостиНа земле бы не бросил я.Даже смерть, если б было мыслимо,Я б на землю не отпустил,Всё, что к нам на земле причислено,В рай с собою бы захватил.

— А тебя доверху хватит? — осторожно спросила Соланж. Она была потрясена, она никогда не предполагала, что об этом пугале, о смерти, можно писать... и читать!.. так вот, чтобы приподнимало.

— Не знаю, — это прозвучало беспечно, как будто Хлое была пьяна. — У меня на черный день много чего припасено.

Чей кормилец, чей поилец,

Где пришелся ко двору?

Крикнул так, что расступились:

— Дайте мне, а то помру!..

И пошел, пошел работать,

Наступая и грозя,

Да как выдумает что-то,

Что и высказать нельзя.

Словно в праздник на вечерке

Половицы гнет в избе,

Прибаутки, поговорки

Сыплет под ноги себе.

Подает за штукой штуку:

— Эх, жаль, что нету стуку,

Эх, друг,

Кабы стук,

Кабы вдруг —

Мощеный круг!

Кабы валенки отбросить,

Подковаться на каблук,

Припечатать так, чтоб сразу

Каблуку тому — каюк (4)!

— Эта должна быть мраморная, если я что-то понимаю.

Мраморные ступеньки хороши, чтобы на них стоять, они устойчивы, но вот подтягиваться на них снизу — все ногти сорвешь.

— Я вижу свет, — сказала Соланж. Хлое, скорее всего, не видела, перед ней только клетчатая школьная юбка маячила. Хлое, похоже, иссякала. Голос ее звучал глуше, и новые ступеньки появлялись все реже, и их приходилось пробовать, не все они были надежны. Соланж осознала, что прошло много часов.

Корабли постоят — и ложатся на курс,Но они возвращаются сквозь непогоду.

Голос Хлое прервался, и ступенька осыпалась. Библиотекарша покачала головой.

− Другая интонация, − невнятно сказала она. — Неправильная. Не безусловная. Ложь в утешение. Стихи гениальные, но мы сейчас не можем на это опереться.

Ну что ж, друзья, вот наш черед,

Пусть будет сталь крепка.

Пусть наше сердце не замрет,

Не задрожит рука.