Хроники отеля "Уайтвуд". Филиал

Нижние чины, сопровождавшие Хаузера, подняли Инсистора на ноги и хорошенько встряхнули, но тот, кажется, возомнил себя мучеником за веру.

— Возмездие грядёт! — вещал он, тыча в небеса. — Проклятая Ахавом будет визжать в пламени, но господин её не спасет. Я же имею заступника, который вас всех превыше, и видит нагую истину сквозь пелены лжи.

— Разберёмся, — скупо сказал Хаузер. — Пройдёмте в участок, любезный. Нет, не хотите добровольно, мы и волоком дотянем. Может, вы и защитник веры, но безнаказанно пачкать побеленные стены в моём городе вы не будете.

— Прошу прощения, офицер! — от группы зрителей отделился высокий человек, он протянул Хаузеру визитную карточку. — Кажется, я заинтересован в этом человеке. Я, в некотором роде, специалист по подобного рода расстройствам, и предполагаю, что этот человек болен и не может отвечать за свои слова и действия. Он, очевидно, буен, и должен быть изолирован от общества, я располагаю правом сделать такое заключение и выдать соответствующее предписание. Позволите мне вас сопровождать?

Имя на карточке было полицмейстеру явно знакомо, он коротко козырнул и назвал своего собеседника доктором.

Вся группа удалилась, и прочие гости начали помалу расходиться. Взгляд утомлённой Иезавели мельком выделил одну пару, удалявшуюся вниз по Гетрейдегассе. Она даже подумала, что они выглядят комично: маленький толстый человечек в шляпе-котелке и лёгком пальто с пелериной, и с ним высокий красивый джентльмен, явно британец, которому шёлковый цилиндр ещё добавлял роста.

— Интересно, кто они?

8.

Тень над Зальцбургом

Ночь прошла тягостно и дурно, и утро не принесло облегчения. Над Альпами неслись длинные облака, и солнечные долины поглотила густая тень. Утром явились рабочие с кистями и известью и кое-как замазали срамные надписи, но прежде прочитали их и обсудили меж собой. Лёгкости, с какой Иезавель ввязалась в свое предприятие, не было сегодня и в помине, ей словно телегу с камнями предстояло тащить.

Спустившись на кухню, Иезавель обнаружила там Петера Михеля с синяком в пол-лица и хлопотавшую над ним Луизу Терезу.

— Что случилось?

— Подрался, — лаконично ответил он. — Бывает.

— Избили его, — вмешалась Луиза Тереза, которой явно известно было больше. — Мальчишки подстерегли и навалились толпой. Обзывали его, мол, стоит за кассой в борделе.

— Фройляйн Белле не надо про это знать, — вяло оборонялся Петер Михель.

— Фройляйн всё нужно знать, чтобы принять правильное решение.

Это верно. Кто предупреждён, тот вооружён.