Демоны чёрного колодца

И высокий обрыв, и вид с него на долину – то, ради чего штурмовали ни свет ни заря электричку, тряслись четыре часа на жёстких её скамейках, а потом добирались автобусом и на своих двоих.

По горе напротив плыли тёмные пятна – тени от облаков. Вдали виднелось озеро, ещё дальше терялся в туманной дымке город.

Расстелились, придавливая траву, покрывала, посыпалась на них снедь и высокие бутылки с тёмно-красным и прозрачным внутри. Тут же заплескалось, конечно, по кружкам, звякнули шампура, затрещал костерок. Зазвучало из колонок, отражаясь от нависающей скалы, что-то ритмичное и в подобных случаях неизбежное.

Камуфляжный беззубый человек вопреки предположениям Котофеева почти не пил и ел тоже мало. Он либо сидел у костра, уставившись на огонь пустоватым потерянным взглядом, либо бродил под скалой или вдоль обрыва.

Когда камуфляжный наклонился к уху Соболя, что сидел на камне и тасовал карточную колоду – игроки уже разошлись кто куда, – с какими-то словами, тот задумчиво поморгал и направился к Котофееву.

– Слышь, Котэ, этот штрих говорит, здесь недалеко есть одно место, что-то типа древнего святилища. Предлагает сходить. Дорога, правда, не самая простая, так что девок и накидавшихся с собой лучше не брать.

Котофеев раздумывал не долго. Девчонки с ними поехали не те, с кем хотелось бы, так себе были девчонки. Перспектива упиться вусмерть и проснуться поутру в одном спальном мешке с какой-то из них Котофеева не радовала. Пусть другие дерзают, решил он.

С самого большого камня уже гремели гитарные аккорды, и чей-то голос гнусавил, что всё идёт по плану.

Друзья прихватили пластиковую бутылку с водой и вслед за своим смуглым беззубым проводником нырнули в пропахшие можжевельником пространства.

Подъём действительно оказался не из простых, к тому же камуфляжный проявил неожиданную прыть и сигал по камням горным козлом.

Когда уходили за гребень скалы, Котофеев остановился и посмотрел вниз. Полянка была как на ладони, крохотные фигурки ползали по ней, как разноцветные букахи.

Потом, через годы, когда по земле загремело и залязгало, Котофеев всё думал: неужели всё это происходит из-за нас – из-за того, что мы тогда попёрлись куда не надо? И пришёл к выводу: не только из-за нас, конечно.