Автопортрет с отрезанным ухом

Беллини вытянула тонкие руки с выступающими костями, я лучше рассмотрел ее кольца — всякие змеи и ведьмовские камни. Ногти у нее были длинными и накрашенными под цвет помады.

— Классный маникюр.

— А дай-ка сюда свою руку.

— Что? Нет, зачем?

Мне даже захотелось спрятать руки за спину, но я был уже слишком большим мальчиком для такого.

— Давай-давай, не ломайся как целка, покажи свои коготки.

Такие фразочки от нее звучали неоднозначно. Будто она должна была либо разговаривать только подобными выражениями, либо считать их ниже своего достоинства.

Значит, все мы неоднозначные, амбивалентные, не вкладываемся в стереотипы других или даже кого-то одного.

Я протянул ей руку, и она с точностью хирурга осмотрела мои ногти.

— Нет, Женя, это никуда не годится. Сразу видно, что воспитывали тебя, как неотесанного мужлана, но не вышло, чувствую, что душа у тебя не такая.

Это было оскорбление по всем фронтам. Я ни за что в жизни не приписал бы себя к неотесанным мужланам, но мне было обидно, что у меня какая-то не такая душа.

И не воспитывали меня так, моя мама вообще некоторую часть времени проводила за чтением европейских статей по детской психологии, она не любила неотесанных мужланов. И ногти у меня были нормальными, мама лично приучила меня к тому, что неприлично, если под ними черные месяца, я кое-как за этим следил.

— Ничего так не воспитывали меня. И ногти у меня нормальные.

Голос Беллини вдруг оживился.

— Сиди здесь, сейчас я принесу инструменты и сделаю тебе аккуратные ногти.

— Не-не-не! — запаниковал я, — Мне такого не надо!

Я понимал, что ей хотелось похвастаться передо мной своими способностями. Объективно говоря, в интернате было не так много возможностей проявить себя, но, несмотря на все мое сочувствие, я не хотел быть жертвой. Мне нужно было перевести тему.

— Кстати, а чем ты еще увлекаешься, кроме эзотерики и красоты? Расскажешь еще о себе?

Это я в точку попал, она очень хотела рассказать о себе, похвастаться, какая она замечательная, поэтому с легкостью переключилась.

— Я бы назвала свой характер нордическим, стальным, мужским. Еще немного мне близки прибалтийские страны, но весь юг мне чужд. Что касается моих увлечений — их много, все не сосчитать, но скажу так: я обожаю животных. За свою жизнь я спасла жизнь более чем полутысяче собак и кошек. Когда выйду отсюда, организую центр помощи уличным животным.

И снова она меня поразила.