Тайны отеля "Уайтвуд"

— Если сын нашел чашу, это его подвиг. Мне чужая слава не нужна. А вот сын...

— Я очень рада, — сказала на это, входя, мисс Дюнуа. — Мы говорили с Хэлом в день, когда он не вернулся. Вероятно, я последняя, кто его видел, я имею в виду — из присутствующих. Он не делал тайны из семейных отношений. Вы, сэр Ланце... простите, будь по-вашему, Лоуренс, довольно долго не играли в его жизни никакой роли.

— Пока не узнал его. Наши отношения были отношениями взрослых людей.

— Как вы думаете, вы многое потеряли?

— Я думаю, Хэл — лучшее, что случилось со мной в жизни.

— Критерии этой чаши таковы, что она сама решает, кто ее достоин. Я права?

— Видимо, да.

— Тогда не думаете ли вы, что Хэл просто пошел работать? Может быть, он нашел чаше лучшее применение, чем быть доставленной в качестве трофея в этот, как его...

— Ограничим нашу географию Уэльсом, — улыбнулся первый рыцарь Круглого Стола. — И вы полагаете, леди, чаша сочла этот выбор разумным? Уверяю вас, в этом нашем, «как его», Камелоте, она бы также не осталась лежать под спудом, но трудилась бы на общее благо.

— Будь я на месте чаши, это был бы единственный возможный выбор. В конце концов, за пару тысяч лет человеческой истории можно пропитаться демократией и гуманизмом.

— Следует ли понимать, мисс Дюнуа, — вмешался человек с трубкой, — вы знаете, где находится эээ... Хэл?

— Да. Думаю, что знаю. И он точно не в раю.

— С ним все в порядке? — спросил отец.

— ... то мне уже заранее жаль этих негодяев, — тихо закончила Грейс Уэйнрайт. — Мисс Дюнуа, если для вас не составит труда, просто дайте знать Хэлу... или как его там на самом деле зовут, что он всегда может повидаться с отцом в отеле «Уайтвуд». Для этого достаточно оставить на стойке записку.

21.

— Кстати о стойке. Грейс, дорогая, там никого нет!

Все изумленно повернулись в сторону вошедшей в гостиную дамы: право находиться здесь принадлежало только зарегистрированным постояльцам и их гостям. Тем не менее, джентльмены встали, а Грейс и Тони и не садились.

Дама сияла, вероятно потому, что бой в униформе Селфриджа нес за нею ворох пакетов и едва дышал с натуги, но отсвет сияния клиентки падал и на него, и он улыбался.