Тайны отеля "Уайтвуд"

Она, кстати, ему отказала под тем предлогом, что он ничего не объяснил. А он, между прочим, так никого и не беспокоит: просто слоняется где-то до утра, и тогда возвращается, когда на кухню приходит Шафи.

— Может, он э-э-э... частный детектив?

— Но к нему никто не ходит! Будь он детектив, у него должна быть контора, где он встречается с клиентами. Даже у этой беспорядочной профессии есть свои непреложные правила. Словом, если вдруг вам что-то придет в голову на его счет, не пожалейте со мной поделиться!

— А вам не приходило в голову, что он просто ничтожество, проживающее наследство и сводящее потребности к минимуму, только чтобы не оказаться перед фактом, когда необходимо что-то предпринять?

— Но, дорогая, это было бы так неинтересно! Ах, если бы мне выдался шанс хоть глазком взглянуть на его комнату, я, вероятно, получила бы пищу для более фундаментальных предположений.

Тони не дала старой леди ни шанса закончить это в высшей степени провокационное и где-то даже неприличное предложение и поспешила ретироваться.

Однако на лестнице, стоя пролетом ниже, она застала очередную бурную сцену. Там были Грейс Уэйнрайт и Иезавель, которой Грейс явно только что предложила неучтенную булочку помимо материнских глаз.

— Вы желаете меня подкупить, чтобы получить доступ к скверным тайнам моей матери? — дискант Иезавель был настолько пронзительным, что оставалось диву даваться, как это дитя существует в мире музыки, и она все еще была обижена на Грейс из-за разводки по Синей Бороде.

— У твоей матери нет скверных тайн, — отвечала Грейс, голос которой был каким-то непривычно уставшим. — Может, она считает таковой тайной тебя, но моего воображения хватает, чтобы увидеть тут повесть об обманутом доверии и циничном расчете на то, что «все равно она никому не скажет». Это не ее вина.

— Моя мать не слишком умна, — угрюмо выговорила Иезавель.

— Это не грех. Она выживает, как может, а без тебя справлялась бы и того хуже: кто бы иначе переводил ее ученикам язык жестов, когда они пришли учиться только языку музыки?

— Да, без меня она бы совсем загнулась, только признавать это она не хочет.