Посольство принца-лебедя

— Карр, пернатый! Думаешь, эта дева снесет тебе яйцо?

Большая ворона, на этот раз черная, сидела на парапете и смотрела на них, склонив голову набок. Эрин стало не по себе под ее умным взглядом, и даже Фионнаклайне явно нехотя сделал шаг назад.

— Приветствую тебя, великая королева.

— Будет битва, — сказала ворона. — Войска выдвинулись к Маг Туиред1. Сказано, что это будет великая битва, из тех, что решают судьбы мира. Фоморы проиграют.

— Кто сказал, что исход предрешен?

— В битву вовлечены слишком большие силы.

Наши филиды обратят против вас горы этой земли, и те засыплют вас камнями. Против вас обернутся реки — и вы не сможете утолить жажду. Мы также научились направлять огонь, и будь уверен, мы направим его против вас. Век фоморов истек, вам следует удалиться под защиту Ллира, который никому не враг — он обещает вам прибежище там, откуда вы вышли когда-то.

— Зачем ты говоришь мне все это, великая королева? Ты хочешь посеять в душе моей страх? Или ты думаешь, я усомнюсь в доблести Великого Фомора?

— Нет, — сказала ворона и посмотрела в сторону, словно ожидала подмоги своим словам, или же не знала, с чего начать.

— Нет, — повторила она. — Но есть некий план, придуманный не мной. Я не сомневаюсь в твоей храбрости, Фионнаклайне, и в пользе, которую ты принесешь своим. Но этот план предусматривает, что ты не выйдешь на битву.

— Ты, должно быть, шутишь, великая королева.

— Я не умею шутить, и ты это знаешь. Я тебе как птица птице говорю — прислушайся. А мы не выпустим в поле твоего племянника Луга.

Тебе ведь не надо разжевывать, что это значит?2

По лицу было видно, что Фионнаклайне ошеломлен.

— Туата Да Дананн ценит меня слишком высоко, — сказал он. — Я думал, я способен только Оэнгусу перья пощипать. Чья это идея?

— Идея Диан Кехта, и речь не об уроне, который можешь нанести ты. О тебе нет пророчества, и я думаю, ты должен быть счастлив. Диан Кехт уже приготовил маковый отвар для Живого Копья Луга, чтобы то не проснулось к битве.

— Зачем это ему? Если ты объяснишь, я, может быть, пойму.

Вывести Луга из боя — это большое искушение. А Нуаду снять не пробовали?

— Не шути, мальчик, или шути умнее. Битва — кровь Нуаду, ей одной он жив. Не будет Нуаду — не будет и битвы, а не будет битвы — не будет и короля Нуаду. Есть... пророчество, да, истинность которого подтверждена здравым смыслом. Если мы истребим вас, или же вы покончите с нами, следом придут те3, кто сделает с победителем то же самое, что тот сотворил с побежденным.