Красный Лис

Она смотрела снизу вверх, смуглое лицо, белое платье, глаза сияют так, что оглянуться не успеешь - затянет в этот Млечный Путь, и будешь вечно нестись вдоль вихревых завитков неведомых галактик.

– Почему именно я?

– Нипочему, – Маб слегка обиделась. – Ты никогда не подозревал собственную тень? Я тебя хочу.

Красный Лис рассмеялся:

– И если я сейчас скомандую «Р-р-раздевайсь!», ты скинешь платье?

– Нет, – она встала и отвернулась. – Потому что это недостойно ни тебя, ни меня. Тебе изменило чувство юмора.

– Согласен.

Один – ноль в твою пользу.

– Я приехала за тобой, – сказала она, – и говорю я о любви. Ты, разумеется, догадываешься, что я разбираюсь в этом?

– Маб, я польщен, но это невозможно. У меня жена, дети, герцогство... Мне есть, что терять... Тьфу, черт! Я не это хотел сказать. У нас говорят: «Дурак тот, кто поверит Маб».

– У этой поговорки есть и вторая часть, – напомнила Маб. – Но трижды дурак тот, кто ею пренебрежет. В любви не торгуются. Я уеду... Ты останешься здесь со своей стервой, которая благополучно испортит тебе остаток жизни.

– Маб... я не хочу говорить о ней в подобном тоне. Она – мать моих сыновей.

– Какое благородство! Я – Маб, а это значит, если ты еще не знаешь, что я могу говорить все, что мне вздумается, где мне вздумается, и о ком мне вздумается. Я – вольный дух зеленых лугов. Неужели же твоей худшей половине приходится тратить столько же усилий, чтобы затащить тебя в постель? Догадываюсь, что ситуация обратная. Лис... Ты, может быть, даже не представляешь себе, от чего ты отказываешься? Вашему младшему сыну уже шесть лет.

А тебе только тридцать. Лис... Как бы я любила тебя! А твоя жена – не подарок. Ох как невесело тебе с ней, Лис. А я ведь не только тело тебе предлагаю. Хотя... – лукавство мелькнуло в ее улыбке, – разве оно так уж дурно? О да, у тебя есть жена, дети и герцогство. Но любви-то у тебя нет, а любить ты можешь и хочешь. О, Лис! Ты ищешь там, где нет, а между тем... вот она, я.

Красный Лис опустил глаза.

Давно уже перестал он улыбаться.

– Лис... – Маб вернулась на краешек тахты и коснулась его руки.– Неужели ты совсем равнодушен ко мне?

– Маб... – он взял ее маленькую крепкую руку и погладил, но это была единственная ласка, которую он себе позволил. – Тебе ответить дипломатично, или честно?

– Дипломатично, – ее глаза блеснули двумя веселыми звездочками.

– Маб, увы... Что бы ни болтали епископы, единственное, что может загубить нашу душу - это предательство.