Форпост в степи

– Анисья! Душа моя! Как я истосковалась по всем вам! – с несвойственной ее весу резвостью Вера подбежала к хозяйничавшей у стола Анисье и, взвизгивая и задыхаясь, стала целовать ее:

– Господи, как я соскучилась по вам!.. Как долго мы не виделись!.. И торопилась на сватовство, ох, как то-ро-пи-лась!

В самый разгар гулянки отворилась дверь и в дом вошел Лука. Но на жениха мало кто обратил внимания, так как все были сильно пьяны.

Однако приход юноши не остался не замеченным его трезвыми родителями.

– Лука, ты ли это, чадо мое неразумное? – крикнул Авдей.

– Я, батька, кто ж еще! – отозвался стоявший у двери юноша.

– Что, одумался, неслух ты эдакий?

– Одумался, батя.

– А коли ты явился, входи и за стол сидай или к Авдошке сходи, порадуй девку-то.

– Его-о-ор? – орал пьяный в стельку атаман. – Медовуху давай, скряга! Иначе помру прямо сейчас со скуки, а я гулять… гулять хочу!

И атаман загоготал так заразительно и весело, что на все лады захохотали все вокруг.

– Гляди, зятек к нам пожаловал! – крикнул Егор Комлев, увидев Луку.

 – К столу айда, казаки, сожрем зараз все и выпьем без остатку, чтоб врагу ничего не осталось!

Красный от стыда и робости, сковавшей все его тело, Лука опустился на табурет. Ему было очень стыдно от того, что пришел к родителям невесты поздно. Лука сидел, боясь посмотреть людям в глаза. «Посижу маленько, примелькаюсь и уйду», – решил он. Также он боялся увидеть свою невесту, которой, к счастью, не было среди пьяных гостей.

– Ка-за-ки! – дядька Никодим поднялся с рюмкой в руке и обвел собравшихся выпученными от выпитого глазами.

 – Хочу вот выпить за племяша моего, Луку! – Никодим пьяно прищурился. – За то, что он сегодня стал женихом! – Дядька скосил глаза на сидевшего с низко опущенной головой Луку. – За то, что он скоро уже станет настоящим домовитым казаком! До донышка, казаки!

Одним махом Никодим опрокинул рюмку, приподнял ее над головой, показывая, что она пуста, и, окинув всех довольным взглядом, тяжело опустился на скамью.

Не выпил только Лука да сидевшая с ним рядом мать. Лука никогда еще не пробовал водку. В их богобоязненной семье отец внушал детям: «Зелье адово до блага и добра никого еще не довело!»

Но ссора с кузнецом, нежелательное сватовство и та причина, о которой казак старался не думать, так подействовали на него, что Лука решительно тряхнул головой, взял наполненную до краев рюмку и, обжигая горло, выпил. И сразу задохнулся, закашлялся.