Кошмар По-эта

Recognition

The day had come again, when as a child

I saw – just once – that hollow of old oaks,

Grey with a ground-mist that enfolds and chokes

The slinking shapes which madness has defiled.

It was the same – an herbage rank and wild

Clings round an altar whose carved sign invokes

That Nameless One to whom a thousand smokes

Rose, aeons gone, from unclean towers up-piled.

I saw the body spread on that dank stone,

And knew those things which feasted were not men;

I knew this strange, grey world was not my own,

But Yuggoth, past the starry voids – and then

The body shrieked at me with a dead cry,

And all too late I knew that it was I!

IV.

Вновь день пришел, когда я увидал,

Как в детстве раз, низину о дубах,

Где формы задыхаются в клубах

Тумана, где безумье правит бал.

Алтарь как прежде в травах утопал,

И Безымянный призван в письменах —

К нему курений дым, идя в веках,

Взвивался с башен, дух что зла объял.

Я тело зрел на камне том сыром

И знал, не у людей что был там пир,

Не мой что был тот свет, уныл во всем,

Но Юггот чуждый, в звездной бездне мир.

Вдруг пленник взвыл, увидевши меня,

И поздно мне открылось: то был я!

V. Homecoming

The daemon said that he would take me home

To the pale, shadowy land I half recalled

As a high place of stair and terrace, walled

With marble balustrades that sky-winds comb,

While miles below a maze of dome on dome

And tower on tower beside a sea lies sprawled.

Once more, he told me, I would stand enthralled

On those old heights, and hear the far-off foam.

All this he promised, and through sunset’s gate

He swept me, past the lapping lakes of flame,

And red-gold thrones of gods without a name

Who shriek in fear at some impending fate.

Then a black gulf with sea-sounds in the night:

“Here was your home,” he mocked, “when you had sight!”

V. Возвращение домой

Меня домой взять демон был готов,

В край светлый тот, мои что сны хранят:

Террасы ввысь, чей мрамор балюстрад

Расчесывает кудри облаков,

Внизу же лабиринт из куполов

И башен, подле волны где шумят.

Меня, сказал он, чары вновь пленят

Высот, с них буду слушать моря зов.

И чрез закат понес меня с собой —

Над озером, где плещется огонь,

Над тронами могуществ без имен,

Кричат что в страхе пред своей судьбой.