Элегия тени

Элегия тени

Фернандо Пессоа

Пространство перевода

В этой книге читатель найдет как знаменитые, так и менее известные стихи великого португальского поэта Фернандо Пессоа (1888–1935) в переводах Геннадия Зельдовича, которые делались на протяжение четверти века. Особая, как бы предшествующая тексту проработанность и беспримесность чувства делает эти стихи завораживающими и ставит Ф. Пессоа особняком даже среди самых замечательных поэтов XX века.

В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Фернандо Пессоа

Элегия тени

© Г.

© Издательство «Водолей», оформление, 2015

Абсурдный час

Вся твоя немота – паруса в атлантической пене,

И улыбка твоя – это море, которое немо,

А немая улыбка – те лестницы долгой ступени,

На которых твержу, что стою у подножья Эдема.

Мое сердце – осколки когда-то разбитой амфоры,

И молчанье твое соберет черепки воедино;

И твой образ во мне – моего же штукарства узоры,

И твой образ – как труп, что на берег метнула пучина…

Распахни же врата – и пускай, дряхлецам на разживу,

Улетучится чад, разлетятся салонные вздохи…

А душа моя – грот, что отверзнут навстречу приливу,

И в мой сон о тебе – вереницей бредут скоморохи.

Это плачет не дождь… Это сам я содеялся Часом…

Тем, что носит обломки в своей дребезгливой котомке…

И в мечтанье моем чья-то вдовушка бегает плясом…

И на небе моем – вековечно чернеют потемки…

Тяжелы небеса, будто путь, не сулящий возврата.

Только мелкая морось найдется у этого Часа…

Я в себя погружен, и душа моя этим разъята,

И улыбка твоя – никакая ему не украса.

Те часы, что живу, непроглядной изложены яшмой,

И тоска моя – мрамор в немыслимом прежде разрубе.

И ни горек, ни весел унылый веселый кураж мой,

И ни злы, ни добры доброты моей темные глуби.

Мои ликторы робки и к службе имперской не рьяны,

Водрузил я знамена не там, где священные грады,

Фолианты лежат между тюков моей баррикады,

На поржавленных рельсах плетутся глухие бурьяны.

О, как стар этот Час! Перегнившие шепчутся лини

Про ушедший фрегат, про сверканье полуденной дали,

Про иные часы, коих нынешний Час благочинней,

Про иные часы, что тревогой мечту напитали.

Здесь руины дворца. Здесь чернеет застойною жижей

Омертвелый фонтан… И почти что несносно для глаза

Это зрелище-осень, с его наготою бесстыжей…

Все вокруг манускрипт, где оборвана лучшая фраза.