Тихие воды

До купальни – меньше мили, часть пути дрожками, а дальше ножками.

* * *

Неделя прошла в трудах по проектированию плотины, колеса и привода. Отти принимал отчёты землемера, доклады лодочника, сам ездил к месту будущей стройки – цифры ложились в план строительства, пока не образовали полный свод, который можно честь честью представить кастеляну. Тот чертежи похвалил:

– Прекрасно, герр Ковач. Получим одобрение Его светлости – и можно начать инженерные работы. Бумаги я отправлю герцогу с курьером.

Назначенный вечер субботы, четвёртого мая, был ясен и тих. Приласкав небо прощальным сиянием, солнце зашло за Лес Фридрихштайн, и главную долину Готтшее залила быстрая мгла, словно покрывало набросили.

В ожидании провожатого Отти оделся легко и удобно, как для прогулки в горы. Брать ли с собой револьвер?.. В Лесу «лефоше» был оправдан опасностью встречи с медведем, а тут?

«Могут заметить. Вдруг морлахи разъярятся? В крайнем случае, выстрелю в воздух – пусть знают, что я вооружён».

– Готовы, герр инженер? – всунулся в дверь Ханзе. – Тогда идёмте.

Взошла луна, уже заметно ущербная; на быстро темнеющем небе проступали, проклёвывались один за другим светочи звёзд. Пустынная дорога, топот копыт, ароматы ночных цветов и ощущение близящейся тайны! Отти испытывал приятное волнение, как на пороге чего-то необычайного, загадочного… или перед брачным покоем.

«Разузнав об обряде морлахов побольше, можно подробно написать о нём в журнал», – шептал ему внутренний голос.

«Вот пристал!.. – отвечал другой. – Что ж я, людей на посмешище выставлю? Пусть свой праздник справляют, раз принято. Еду для себя, чтобы увидеть и понять. Это часть мира, надо её познать».

Доносились скрипучие, как несмазанное колесо, голоса сплюшек, «крэк-крэк» коростелей и стрёкот козодоев, из горного ельника слышался отрывистый, как далёкий лай, голос сычика, и над всем царили короли весенней ночи – соловьи. Эта симфония природы вселяла вдохновение и мечты о счастье.

Миновали каменный мост – с него Отти увидел вдали, на берегу излучины, скопление огней. Похоже, у купальни жгли не только факелы, но и костры.

– Уже близко. Сейчас дрожки оставим и пойдём.

По тропе между приречных зарослей они пробирались молча; Отти следовал за Ханзе, доверяя знатоку мест. Слабый свет луны превратил окрестности в чернильно-синий пейзаж, где тени сливались в единое переплетение.