Тихие воды

Перехватив его взгляд, Отти обернулся – трое в масках, прекратив свою нервическую музыку и выкрики, зашли за ятку неожиданно, застав всех врасплох.

– Вот кто ещё не купил билетики! – торжествуя, прогнусавил лотерейщик с ящиком. – Ну-ка, ребята, достали по монетке!.. Герцогу доходец, вам подарочки!

– Отвяжись, паяц, – рыкнул здоровенный бауэр, тыча в маску смятой бумажкой. – Видал? твоя цидулька!

Вслед за здоровяком и прочие, пошарив в карманах и картузах, вынули по куску жёлтой бумаги:

– Топай дальше, безротый.

– Продай дудку, сил нет слушать. Я её щас и об колено. За полфлорина, не торгуясь, а?

Белые лица с чёрными дырами вместо глаз и с острыми, как клювы, подбородками без ртов наклонялись, словно хотели склевать бумажки из рук. Они проверяли, снуя между столами.

– Точно, моя пачкотня. Не повезло с выигрышем? Повезёт в будущем году!

– Шёл бы ты к… мосту!

– Уходи, – быстро шепнул Грете отец Иоганн.

– Куда ж я здесь уйду, раз привезли, – убито выдохнула она, а маски уже сходились к их столу.

– Кто у нас тут? – как бы в изумлении гнусил герр Ящик. – Святой отец, благословите…

– Безымянным в масках не положено, – неожиданно трезвым голосом отрезал патер.

– И вам, с крестом и плешью, тоже. Как сана лишитесь – пожалуйте к нам, первому продадим.

– Продайте мне, – предложил Отти.

Мертвенный лик с бездонными глазами обернулся к нему:

– Вас мы не знаем. Вы не здешний. Забава – для тех, чей господин – Ауэршперг. А это, часом, не Гретель Финк? Как она выросла, похорошела…

– Хватит уже, – тихо проговорила Грета, суетливо роясь в ридикюле.

– Нет, мы не даём. Изволь взять сама. – Лотерейщик поднял крышку ящика с грубо намалёванным лубком, изображающим не то Персея с Андромедой, не то Георгия со змием. – Цап её, цап. И да направит Господь твою нежную ручку.

– За кощунство отлучу, – скрипуче пригрозил патер.

– Кого, маску? Ты даже имени моего не знаешь, святоша запойный.

– Не ангел, тогда другой мне его назовёт.

Миг длилось молчание глаза в глаза – чёрные провалы против ожесточённых, подёрнутых красными жилками, с едва заметной желтизной белков, – а нарушила его Грета, бесчувственно проронив:

– Я выиграла.

– А, ч-чёрт… – едва расслышал Отти шипение под маской, но следом вновь раздалось громкое шутовское: – О, какой успех!.. Получите ваш приз, фройляйн. – Рука в белой перчатке положила на колоду перед Гретой бурую керамическую бляху в виде змеи, свернувшейся концентрической спиралью.