Тихие воды

Куда ехать изволите?

– До Лайбаха, оттуда дилижансом в герцогство Готтшее. Приглашён Его светлостью для устройства силового привода на руднике.

– Готтшее… не бывал. Это же в Крайне, у самой военной границы.

– Именно так. Некий медвежий угол, гористый и сплошь заросший лесом. Пришлось взять револьвер – вдруг зверь нападёт?

– Желаю удачи. Я же следую в Приморье. Конец апреля – время созерцать буйство цветущей природы и гладь адриатической лазури.

У фон Айдека, практиковавшего в венгерском королевстве, нашлась бутылочка золотистого токайского, у Отти – ещё тёплый матушкин рулет из свинины, фаршированной черносливом, поэтому на полдороге от Граца до Марбурга они вели беседу уже вполне дружескую, но не предназначенную для ушей жандармов.

– А я уверен, доктор – русским суждено сказать новое слово, которое соединит народы и сословия в мире и братстве. Судите сами – они упредили бунты, которыми была чревата крепостная масса, дали волю миллионам мужиков. Нам же понадобились нашествие Наполеона и мадьярское восстание, чтобы дело сдвинулось с места… Впечатление такое, что славянам ведома некая тайна свободы, скрытая в просторах их Тартарии.

Видавший виды фон Айдек был настроен скептически.

– Совсем недавно – вы уже учились в школе, – я встречал их в Токае, там, где вызрело это вино… жаль, кончилось… Да, в пору венгерского похода. Корпус генерала Чеодаева из армии Паскевича. Между ними вспыхнула холера, их хоронили во рвах… Ничего героического. Усталые, грязные, злые солдаты, вовсе не похожие на мистических витязей.

– Пусть так. Но их явление избавило мадьяр от крепостного права. Сами подневольные, они принесли волю другим.

– Милейший Отти, post hoc non propter hoc [3].

– Возможно, я ошибаюсь, но, по-моему, приход русских заставил Вену одуматься, облегчить участь людей. А они, ничего не захватив, ушли назад в Тартарию. Словно катализатор, верные принципу «дать больше, чем взять». В меркантильном плане это проигрыш, но в нравственном… Под их властью Кавказ и Эстляндия сделались богаче и благополучнее, хотя самим русским не стало лучше.

– В том смысле, что надо быть милостивым к новым подданным, уважать их образ жизни, добром склонять к своей державе? да, вполне. Пожалуй, в этом русские куда удачливее и гуманнее американцев. Но Штаты и Россия, при всей разнице в подходе, растут вширь на землях, заселённых отсталыми племенами.