Царица книг

Этельфрит знал, что у него много соперников, жаждущих его падения. Сыновья свергнутого Этельрика бежали прочь, спасаясь от него, и укрылись в Ирландии. Но главным, самым опасным, законным претендентом на трон был скрывающийся среди бриттов Эдвин. Если бритты помогут ему, им может сопутствовать военная удача. К тому же и среди покоренных Этельфритом земель и народов тоже было множество недовольных, и они непременно примкнули бы к врагам своего врага, стремясь поддержать слабейшего в надежде свергнуть сильнейшего.

Как Эдвин умел находить сторонников, так Этельфрит наживал себе врагов. Случилось так, что Этельфрит, заручившись поддержкой короля мерсийских англов Керлы и объединившись с его войском, пошел войной против бриттских королевств.

* * *

— Возможно, король Нортумбрии ещё помнил Морканта и опасался нового союза бриттов. Потому он потребовал от Иаго выдачи Эдвина по праву силы, доходящему до откровенного хамства. По правде говоря, — сказал Багатель, — я не сделаю меж ними различия.

Согласиться с требованиями Нортумбрии королю Гвинеда не позволила честь.

— И, насколько я понимаю, для Гвинеда это кончилось плохо?

— В 613м году армии англов и бриттов встали друг против друга недалеко от города Каэрлеон.

— Честер...

— Да, Город Легионов, как называли его римляне. Он не связан с историей Книги, так что, возможно, мы там не будем, однако мне хотелось бы окончательно прояснить, что за человеком был бретвальда Этельфрит. Беда пишет, что Иаго перед битвой собрал на холме двенадцать сотен монахов и велел им молиться за победу бриттского оружия.

Прознав о том, Этельфрит послал отряд с приказом перебить их всех. Охрана при монахах пустилась в бегство при первых звуках битвы, и в несколько минут все двенадцать сотен искренне верующих безоружных служителей Господа были изрублены беспощадно. Что не так?

— Меня смущает цифра, — неохотно признался Меркатор. — Мне казалось, тогда и армии-то были менее многочисленными. Я, конечно, не имею в виду римские легионы, но.

..

— Этельфрит был бретвальдой, в его распоряжении, вероятно, бывало и больше мечей. Но в самом деле, мы говорим о раннехристианской эпохе, когда новая вера насаждалась в народ сверху, сперва крестились правители... Во мне эта цифра также вызывает некоторое сомнение, но кто я такой, чтобы противословить самому Беде, которого Ахенский собор в 836м году постановил считать таким же непререкаемым авторитетом, как и ранних Отцов Церкви.