Сын Моря, Сын Огня

А мы ютимся в лесах и болотах. Всадники Запределья идут за едой и землёй — и я помогу им её получить. И не только им.

— А вот это не слишком хитро, — сказал Альдарик. — Может, эти дикари и сильны, но с римлянами им не тягаться.

— В одиночку — нет. Но если вместе сразятся равнина, горы и море — мы сможем победить.

Слова Мадальгрима показались Фальке безумными. Как он собрался воевать с огненным богом, что носит плащ из человечьей кожи? Но кто такой Фалька, чтобы спорить с конунгом равнины? Другое дело Ингвар.

— Я не знаю, согласится ли мой отец... — начал тот, но Мадальгрим его перебил:

— Твой отец не стал бы конунгом всего морского народа, не будь он дальновидным правителем. Он выбрал хорошую цель — Британию. Но и Британией владеют римляне. Победив их здесь, мы отрежем остров, и вы заберёте его себе.

— У Рима сильнейшее из воинств, — заявил Альдарик, — даже если Арногат вступит в союз, сколько он пришлёт бойцов?

— Десять сотен, — пожал плечами Ингвар. — Может, двадцать.

— Против римской силы это ничто.

Мадальгрим не отступал.

— Сила римлян — тень былого величия. Вы плыли с севера, вы видели лимес. То, что от него осталось. Время уже решило за нас половину дела. От желанной земли нас отделяют лес, река да один легион. Это лишь пять тысяч воинов, — Мадальгрим повернулся к Ингвару и добавил: — Пятьдесят сотен.

Пятьдесят сотен! Фалька не мог даже вообразить такое войско. Мадальгрим совсем спятил? Альдарик толковал о том же:

— Пять тысяч воинов, прекрасно вооруженных и обученных биться в едином строю.

На лице Мадальгрима появилась улыбка.

— Поэтому, старый друг, стаду нужен пастух. Вождь, что помирит хоть южан с северянами, хоть птиц с рыбами. Как ты сказал — после трёх число не важно?

Альдарик расхохотался.

— Сатиром ты был, сатиром и остался, хоть и придумал себе новое имя. Отчего сам не поведёшь своё стадо?

— Нам предстоит великая война и люди пойдут только за великим воином.

— А я что, великий воин? — усмехнулся Альдарик, но по тому, как он приосанился, как вспыхнули его синие глаза, Фалька понял — сладкие речи Мадальгрима дали свои плоды. — Да и какая мне польза от вашей победы? Даже если шутливые боги сделают её возможной?

Мадальгрим ответил просто:

— Я тебе заплачу.

Альдарик почесал макушку.

— Тебе придётся заплатить много.