Пастырь теней

Вместо документов ей дали жёлтую копию больничной карты, твёрдую как жесть, сделанную из немецкого скоросшивателя. На обороте был орёл, вцепившийся когтями в свастику. Экономия! Нищета в послевоенной Европе.

Кофта, платье, юбка и ботинки – всё, что ей обеспечила казна. Узелок с вещами и жёлтая карта.

Андри немало наслушался о девушке-пастыре, которая вела свою войну в одиночку, пока её не схватили соратники властелины Меанской. Он представлял её крестьянкой, какие они бывают в молодости – крепкие, гибкие, прыткие, темноглазые, быстрые на руку.

Оказалась же она невысокой, щуплой, нахохленной и остроносой. Словно больная и озлобленная птица. Вдобавок светловолосая и сероглазая, что не совсем обычно для селянок из Цомпани. В жилах её чувствовалась примесь иной, северной крови.

* * *

Андри едва успел подумать, что Мара – первый человек за шесть лет, которого он сам, без принуждения, пригласил в дом, когда сзади раздался шум моторов и почти сразу – требовательный гудок.

Они поднимались на склон, по каменистой дороге от городка к усадебному парку; здесь редко ездили автомобили, и можно было без опаски идти по середине пути, но теперь резкий звук клаксона заставил их отступить на обочину.

Мимо, поднимая облака пыли, пронёсся оливковый джип, а за ним колонной – трёхосные армейские грузовики с тентами, на дверцах кабин здоровенные белые звёзды, на бортах кузовов – U.S. ARMY. За двумя последними подпрыгивали прицепы.

Говорить Андри расхотелось. Он ускорил шаг; за ним поспешила и девушка.

Пока шли, американцы успели по-военному быстро развернуться перед парковой оградой – грузовики стояли шеренгой, капотами к морю, задние борта откинуты, бодро шла выгрузка под окрики сержанта: «Эй, осторожней с генератором!.

. Бетономешалку ставь сюда!.. Столбы вон туда кладите!» За работами наблюдал офицер, которого Андри видел на суде.

– Что здесь происходит? – мгновенно вычислив главное действующее лицо, Андри обратился к нему по-английски.

– Хай. – Офицер и не думал назваться. – Мы устанавливаем столбы под ограду.

– Это моя земля. По какому праву…

– Ваша земля за забором. – Американец узнал его, но остался равнодушным. – Мы работаем на земле общины, в пяти с половиной ярдах от вашей. У нас договор с общинным советом Нагоры об аренде пояса земли шириной одиннадцать ярдов от границ Лансель-Каса.

– Кто это? что они делают? – приглушенно спросила Мара, держась позади властеля.

– Разве Пьетро вам не говорил?.. Янки… они хотят построить здесь что-то своё.