Последнее представление

А деревенщина может и дозорным донести.

– А дозорные чего сделают?

– А они долю свою захотят, – Корнелия тоже придвинулась к центру телеги. – Мы же договаривались. Пока здесь – как угодно себя называем, только не кудесниками подсудными. Как пересечём границу – так можно и ворожбу приплести, и высшие силы выдумать. Хотя и с этим, – она вздохнула, – нужно быть осторожным. Здесь-то мы авторитет имеем из-за связей с институтами, а во Флоосе нас за ересь и на виселицу отправить могут.

– Вот знаете, – не выдержал Гней, – по городу с вами кататься мне нравилось куда больше.

Даром что Марк спит, мы б с ним сейчас вам показали, что это не… да хорош же жрать уже что ни попадя! – в сердцах крикнул он Ромашке.

Корнелия снова хихикнула. Ромашка была лошадкой Марка, и потому плохо слушалась остальных ребят. Девушку вот, например, Ромашка и вовсе игнорировала. Фауст несколько раз её наругал чуть громче, чем следовало, и теперь кобылка при одном его виде вставала в ступор и ни делала ни шагу. С Гнеем у неё отношения были, конечно, натянутые; но, по крайней мере, он хотя бы мог направить её в нужную сторону и вовремя осечь от близкого знакомства с соседскими мулами.

– А ты смотри-ка, – Гней глянул вдаль и присвистнул, – не обманул старичок-то, – подлесок начал редеть, и прямо по дороге начала виднеться хлипкая изгородь. От ворот, правда, было одно название: уж точно не чета городским. – Гуляем, ребят! Заночуем здесь, наверное?

Фауст присмотрелся и покачал головой. Деревенька была настолько мала, что было видно, где кончается ограда.

Плюсом было только то, что она на границе, а, значит, там можно поживиться чужими монетами.

– Что ж, – вздохнул он, – пойдём выступать перед двумя торгашками. Может, они сегодня много выручили, на полотенцах-то.

Марк завозился сзади телеги, сел, потянулся и громко зевнул. Он пропустил все увлекательные разговоры сегодняшнего утра, но, едва увидал изгородь в конце дороги, умиротворённо улыбнулся.

– А я ведь здесь был, – неожиданно заявил он, – пару раз.

Отец в своё время по дешёвке здесь лён покупал, я с ним ездил помочь унести. Так что не боитесь, всё покажу, всё схвачено.

– Право, честь какая, – едва слышно пробормотала Корнелия. – Ну всё, как приедем, тащи на рынок, организуй публику. Раз тебя тут знают.

Парень назидательно поднял палец.

– А вот и организую, и потащу. Увезём отсюда больше, чем с аркейских площадей, попомни слова мои.

Корнелия махнула рукой. Спорить с Марком не было никакой нужды.