Муха

Чёрт бы драл всех духовидцев! – Железный гауптман Иевлев отмёл восточную мудрость с прямотой ландскнехта. – Загадочные флюиды мне надоели ещё у Блаватской. Спиритизм, сны, гадания – гиль! Есть только Бог, спирт, патроны и триппер. Вам предстоит унаследовать роту Локшина – большая честь, готовьтесь!.. Шире плечи! скоро на них лягут новые погоны.

Сан Сяо привстал и поклонился:

– Буду много вам признателен, месьер гауптман. Поясните мне смысл слов «гиль» и «флюиды».

– Легко. Гиль – вздор, чушь, бессмыслица или нелепость.

– Благодарю. Очень сожалею, что мой ротный покидает нас. Он читал мне целую поэму: «Старцы в синагоге…» А как дальше? Там звучало много новых слов, но я был без блокнота… Якова не станет, у кого я спрошу? «Старцы в синагоге…»

– Это всё, о чём вы сожалеете? – Толя набычился. – Забыли бой у Габу?.. Яше спасибо, что вернётесь в свою фанзу!

– Не стремлюсь, – холодно ответил Сяо. – Вероятно, куплю прачечную в Манджале.

– Мои разрывные тоже пригодились при Габу, – положив карты на стол, артиллерист вновь раскурил погасшую трубочку.

– Напомнить диспозицию? – решительно предложил Иевлев. – Сяо, уступите карандаш. Сейчас нарисуем…

Котельникову не сиделось, не молчалось; его распирало на беседу:

– Прошу вас, оставим Габу в покое! Мы у смертного одра… Хоть бы Ремер зашёл, осмотрел!

– Я трижды посылал за доктором. – Ван-дер-Гехт окутался дымком. – Его клистирное величество застряло в лазарете.

Иевлев только усмехнулся:

– Немец-лекарь, из-под Кузнецкого моста аптекарь… Сам же тут руками разводил: «И какая муха его укусила?»

– Положимся на медикуса. Ремер выслушал часть курса в университете, имеет понятие о дизентерии, ранах и ампутациях… Эй, бой! – зычно позвал Ван-дер-Гехт. – Бегом на кухню! пусть ужин принесут сюда.

– Ритс, вы способны забыть о еде?.. Помнится, вы спокойно лопали под обстрелом бошей, а они шпарили из тяжёлых гаубиц.

– Мой любезный Деметрий Николаевитш, матушка говорила мне: «Ритци, самое главное – вовремя кушать». Я исполняю золотой матушкин наказ.

Кир подумал: «Ритци, зачем мамаша не прочла тебе рацею о том, как вредно убивать своих любовниц? Тогда не пришлось бы драпать из Голландии».

– Я что хочу сказать – не подпускать близко.