Проклятая Черной Луной

Она внимательно следила, чтобы правителя лишний раз не донимали, не отвлекали от его размышлений. Ики и Шани приходилось довольствоваться скромным местом за соседним столиком. Молодая девушка пыталась вовлечь присутствующих в светскую беседу, но Шани отвечала неохотно, а Мотоко и вовсе скалилась, бросая вместо ответов остроты. Император же ее словно не замечал. Но Ики не сдавалась. Она встала и, вежливо поклонившись, попросила разрешения сыграть на флейте. Император безразлично кивнул. Девушка поклонилась еще раз и достала из футляра инструмент, аккуратно поднесла его к губам и принялась исполнять красивую, нежную песню о любви.

Она прикрыла глаза, вкладывая в мелодию всю свою страсть. И не заметила, как император Реншу повернулся к Шани.

— Госпожа Чен, Вам удобно? — поинтересовался он с дружеским участием.

— Да, господин, благодарю Вас за беспокойство.

— Если вам нужны еще подушки, смело просите слуг, — кивнул он. Немного помолчал и спросил снова. — Госпожа Кин говорила, что вы с ней давние подруги.

— Это так, Ваше Величество. В детстве мы были очень близки. Но после моего замужества мы не виделись. Для меня было огромной радостью встретить ее здесь. И невыносимой болью — узнать, что она в опасности. Хотя, зная Яру… — она чуть улыбнулась.

— Вы думаете, опасность не так велика? — удивленно вскинул бровь император.

— Вовсе нет. Просто я знаю Яру, знаю, какой она была. И я уверена, любая опасность ей будет по плечу. Может, она забыла о том, какой была до тех пор, пока ее не увлекли попытки выйти замуж, но Яра смелая и стойкая, очень умная.

Она придумывала увлекательнейшие игры, а за свои проделки могла вынести любое наказание. К сожалению, когда мы взрослеем, мы почему-то забываем о том, кем мы были в детстве. Вам так не кажется?

— Некоторые люди с возрастом все больше становятся похожи на детей. А некоторые и вовсе не стремятся повзрослеть. Но расскажите мне еще о госпоже Кин. Я уверен, при дворе никто не знал ее так, как Вы.

Шани заговорила. Она рассказывала о детских проделках Яры, о том, как она целые дни напролет проводила среди прядильщиц, ткачих и художниц по шелку.

Как учила Ики ездить верхом. А мужчина слушал и представлял молодую девушку с растрепанной косой, едущую верхом через поля, наполненные стрекотом сверчков. Яра Кин занимала все его мысли, так, что это даже казалось неправильным.

На пороге беседки появился слуга. Низко поклонился императору и протянул свиток бумаги, коротко сказав: «От господина Юна».