Проклятая Черной Луной

— Спасибо за участие, госпожа, — заговорил он, но в его глазах явственно читалось строгое: «выметайся». Мотоко не имела привычки лезть на рожон, когда этого можно было избежать. Она тут же поклонилась.

— Не беспокойтесь. Поиски Яры император лично поручил моему мужу. Юн сделает все, чтобы найти ее.

Ответом ей была лишь пара благодарных всхлипов. Мотоко поклонилась еще раз и направилась к выходу. В дверях она столкнулась с семейством Чен. Они, как и многие другие, отправились выказать сочувствие горюющей семье.

Шани выглядела паршиво, видно, что не спала ночь. Ики же выглядела как ослик, которого тянули несколько миль за узду.

При виде безутешной Ханы, что-то в душе Ики сжалось. Она, опустив глаза, говорила заученные слова поддержки, но на душе чувствовала лишь облегчение. Какая радость, что подобное горе миновало ее семью, что это не Шани сидит на полу, размазывая по лицу крупные слезы. А следом появилась еще одна мысль — место подле императора теперь свободно.

Мотоко вернулась в покои и там уж дала себе волю.

Загнала прислугу до седьмого пота, требуя найти самые лучшие украшения и самый сдержанный наряд, а заодно — распространить по всему дворцу слухи, что, мол, репутация Яры Кин все также безукоризненна, а злые языки лишь надеются скорее облизать освободившееся место подле императора. За этим занятием ее застал вернувшийся из конюшен Юн.

Ему было достаточно один раз зыркнуть на слуг, чтобы те скрылись, оставляя его наедине с Мотоко.

— Чем занимаешься? — спросил он, изо всех сил сдерживая раздраженность.

Мотоко улыбнулась.

— Готовлю почву к торжественному возвращению Яры Кин.

— Твой оптимизм вызывает зависть, — нахмурился мужчина. Он прошел мимо и начал снимать придворный наряд. Мотоко встала сзади, прижалась к широкой спине, запустила руку в ворот рубашки.

— По возвращении девушке будет приятно узнать, кто заботился о ее делах, пока ей угрожала опасность. Уверена, она замолвит словечко перед императором.

— Не ты ли говорила, что никогда не будешь ни перед кем стелиться?

Он отошел в сторону, не давая ей продолжить свои ласки.

Мотоко надула губы.

— Не с моим прошлым давать такие зароки, и ты это знаешь. Но чем плоха такая женская дружба, а, Юн?

Мужчина не ответил. Молчание только подхлестнуло обиду, копившуюся в душе Мотоко.

— Я и без того достаточно унижалась, чтобы только иметь возможность быть рядом с тобой. Вместе с тобой.

— Ты думаешь, я не знаю? — резко прервал ее мужчина. Мотоко отшатнулась, как от пощечины.