Проклятая Черной Луной

«Госпожа Мин точно меня не забыла», — умиленно ворковала она, в третий раз обходя покои и убеждаясь, что все ровно также, как двадцать пять лет назад, когда она со своей сестрой…

Яра и рада была бы послушать эту историю в пятый раз за день, но сказывалась усталость с дороги. Накопившаяся нервозность развеивала ее внимание, как весенний ветер разносит в клочья холод. А что, если и тут на ней поставят крест? А что, если вместо спасения эта поездка обернется для их семьи еще большим позором? Она бы полезла на стену, вот только хрупкие реечные конструкции с тонкой резьбой явно не были предназначены для таких проявлений чувств.

— А почему они не сплошные? — вскинула брови Яра. Через тонкие рейки, при желании, можно было просмотреть весь этаж. Виднелись силуэты суетящихся служанок, набиравших ванны для только прибывших гостий. Через другую стенку было видно, как распаковывают багаж другие девушки и, под едкими взглядами матерей и наставниц, репетируют танцы и музыкальные номера.

Хана только благодушно улыбнулась, погружаясь в очередную волну воспоминаний.

— В старые времена девушки жили по несколько в одних покоях. С нравами было построже, да и конкуренция была выше. И таким образом следили, чтобы ни одна девушка не приводила любовника и по ночам не шлялась. А если такое замечали, то ее место быстро освобождалось.

— Вот как…

— Но в тебе я не сомневаюсь, моя звездочка, — проворковала она. — Ты у меня образцовая леди. Давай тебя оденем, чтобы у этих индюков не было поводов для сомнений.

— Госпожа Харука Мин, придворный астролог, — почти обреченно сказала Яра.

Глава 2. Испытание терпением

В большом зале женского дома царила духота. Нагретый солнечными лучами воздух был вязким от приторного запаха духов, и все же никто не открывал окна. Так что тридцать девушек в компании матерей, служанок, сестер и наставниц изнывали от жары, борясь за каждый глоток воздуха и ловя выбеленными лицами каждое дуновение ветра. Некоторые невесты, наплевав на приличия, обмахивались веерами и широкими рукавами платьев, особо рьяные уже сбили когда-то безукоризненные прически.

Мать и дочь Кин заняли место в дальнем углу зала. Яра сидела неподвижно, как статуэтка, и со скучающим видом наблюдала за остальными девушками.