Скиталец: Живая кровь, мёртвая кровь

Голова её низко склонилась, а руки безвольно опустились, и казалось, будто она не может решиться подойти к дочери, хоть и сама о том просила. Морен видел, как пальцы её сжались, сгребая снег.

Мертвяки, обступившие их с Настенькой, разошлись, открывая дорогу. И Настенька тут же бросилась к Василисе, кинулась ей на шею, обняла и жарко зашептала:

— Не надо, не соглашайся!

— Я сделала свой выбор, — ответила Василиса.

Она взяла Настеньку за руку и ласково улыбнулась ей. Поднялась и подвела девочку к Морену. Тот протянул раскрытую ладонь, и Василиса передала Настеньку ему.

Когда его пальцы крепко сжались на маленькой ручонке, Василиса шепнула одними губами:

— Пожалуйста, не дайте ей этого увидеть.

Она резко развернулась, с гордо поднятой головой взглянула в лицо Кощея, принимая свою участь. Настенька бросилась было за ней, но Морен поймал её и притянул к себе.

— Не надо, не делай этого! — взмолилась Настенька. — Не отдавай себя ему!

Василиса даже не обернулась, всходя на престол. Кощей встретил её улыбкой и распахнутыми объятиями.

— Я знал, что ты передумаешь. Клянусь, я сделаю всё, чтобы осчастливить тебя, дорогая.

— Что бы ты ни думал, я всегда любила тебя, Иван.

Ни глаза её, ни губы не улыбались, когда она потянулась к Кощею, в намерении поцеловать его.

Морен крепко схватил Настеньку, отвернул её голову, прижал крепко к себе. И как бы она ни рвалась и ни брыкалась, он держал её, как и обещал Василисе. Её губы накрыли губы любимого, утянули его в поцелуй. Кощей обнял её осторожно и бережно, чтобы не ранить.

Когда объятия его стали крепче, а поцелуй увереннее, Василиса подняла руку с чем-то белым, зажатым в ней. Морен узнал обломок кости — один из тех, что он срубил, когда сражался с Кощеем. Вот, что она загребала в снегу, пока «собиралась с силами»! Твёрдой рукой она вонзила его под рёбра Кощея, целясь точно в сердце.

Бессмертный сдавленно вскрикнул, глаза его распахнулись. И в то же мгновение кости, защищавшие его, вырвались из тела, пронзая Василису насквозь. Из её груди вырвался глухой стон, по губам побежала кровь, но она удержала своё оружие и вонзила глубже.

— Мама!

Морен удержал Настеньку, не дал ей вырваться из его рук, не дал даже повернуть голову. Когда глаза Кощея начали угасать, мертвяки один за другим повалились замертво, точно скошенные порывом ветра. Медленно, из последних сил цепляясь за жизнь, Бессмертный осел на ледяной престол, увлекая за собой возлюбленную. Василиса уже не дышала, поникшая в его объятиях.