Скиталец: Невидящие очи

Скиталец: Невидящие очи

Анастасия Князь

Скиталец: Невидящие очи

Царь Меди́с был слеп. Его глаза скрывала маска из чистого золота, что составляла с короной единое целое и закрывала половину лица подобно забралу. Узнав, что на порог его дома явился Скиталец, он не стал прогонять его или даже спрашивать, зачем тот пожаловал. Вместо этого царь приказал устроить пир и пригласил его к столу, как дорого гостя. Его — изгоя, которого боялись и люди, и проклятые, — он посадил по левую руку от себя. Уже давно никто не принимал Морена с таким радушием.

Глубокий старик с иссохшими трясущимися руками, тонкими и редкими белоснежно седыми кудрями, с кожей настолько сухой и дряблой, что казалось, она отвалится от него, если прикоснуться, Медис всё время улыбался и говорил по-ребячески живо и бодро, сохранив ясный ум.

— Есть ли у вас имя? — поинтересовался он. — Или друзья тоже зовут вас «Скиталец», точно собаку?

— Морен.

— Мо-рен, — протянул царь, словно пробуя его имя на вкус. — Приятно слышать, что вы не отрицаете наличие друзей.

Так вы больше человек, чем проклятый?

— Каждый считает по-своему.

Длинный стол был полон гостей, но царь не посчитал нужным представить их. Морен рассудил по одеяниям, что это приближённые к короне дворяне. Они вели разговоры между собой и почти не обращали внимание на правителя, лишь иногда искоса и с любопытством поглядывали на его гостя. Два кресла по правую от Медиса руку пустовали. Слуги исправно ставили перед ними тарелки с едой и меняли их, когда приходило время, хоть никто и не притрагивался к ним.

Ни гости, ни Медис не обращали на пустующие места никакого внимания. Все словно ждали кого-то, кто никак не приходил, но чьё опоздание считалось естественным порядком вещей.

Морен и за столом не снимал свою маску — та уходила под ворот рубахи и закрывала не только нижнюю часть лица, но и шею до самых ключиц. Так она сидела плотно и не задиралась во время боя. Вытянув нижний край, Морен приподнимал и удерживал её второй рукой, когда подносил ложку ко рту.

— Она вам не мешает? — спросил его вдруг Медис.

Морен поднял на царя изумлённый взгляд и ещё раз вгляделся в украшение на его лице. Из-под огибавшей переносицу маски выглядывала тонкая хлопковая лента, по-видимому, закрывавшая рану на месте глаз. Лицо Медиса было обращено к нему, но не оставалось сомнений: даже не будь царь слеп, за золотом и тканью на лице он ничего не мог видеть.

— Вы имеете в виду?.. — осторожно уточнил Морен.

— Ваша пасть.