Герцогиня проклятого огня

— Я пойду один, — сказал он с намеком на вызов и надеждой как-то проколоть этот пузырь нежданного самообладания.

— Думаю, будет разумно, если мы оставим дверь открытой и постоим в проходе, — задумчиво сказала венецианка. — Так тебе не надо будет тратить время на то, чтобы рисовать символ… если что.

— Ты же не собираешься там воевать, — мрачно сказала Белла, наконец соизволив заметить его неотступный взгляд. — Посмотришь — и назад. Да?

— Конечно, — бодро сказал Адриано.

— У тебя ж там, в общем, деревня, не военный завод, может, там и нет никого, ну, опасного.

Одиль хмыкнула.

— Теперь, когда там твоих нет, там нет вообще никого, думаю…

— Ксандер.

Белла очень старалась, он это видел. Говорила ровно, бесстрастно, в руки мороженое взяла от греха остерегаясь, только вот смотрела на него в упор и брови свела.

— Как пойдет, сеньора, — сказал он честно.

По одному тому, как она бережно поставила искристую вазочку назад на стол, он понял, что с честностью он поторопился.

— Я скажу тебе, как пойдет, принц, — сказала она негромко, все еще не отводя от него буравящего взгляда. — Ты, так и быть, отправишься в свою деревню, — это слово она сказала сквозь зубы, — посмотришь, что там. Но ты вернешься в ту же минуту, слышишь?

Рядом откашлялся Адриано.

— Сабелла, там могут быть непредвиденные…

— Ты слышишь, принц?

Всякое теплое чувство из него испарилось быстрее, чем капля воды с венецианской мостовой в полдень.

— Прекрасно слышу, сеньора, — отчеканил он.

***

Для путешествия они выбрали бывшие апартаменты матери Одили. Как сказали брат и сестра, там давно никто не был, и в этом они нисколько не заблуждались: судя по слою пыли, тут и не убирали ни разу, причем годами.

Да и зачем бы, подумал Ксандер: наверняка все самое дорогое после смерти матери сразу ушло дочери, слугам хватало хлопот и по остальному дворцу, а герцог вряд ли наведывался сюда посидеть в покоях мертвой жены. Вряд ли этот человек был особенно сентиментальным.

— Не злись на отца, — тихонько сказала рядом Одиль.

— Я не злюсь, — сказал он, и с удивлением обнаружил, что это была наполовину правда.