Таёжный родник

- Ну че, горемыка?! – окликнул отшельник, нарушив молчание – Думал я спятил, да? - он хрипло и громко рассмеялся, запрокинув голову.

Дрожащий кулак Игната все глубже вжимался костяшками в голую кожу. В грудную клетку, в самое нутро. Но ни единого удара сердца, так и не ощутил. Пальцы бродяги безвольно разжались, тяжелый взгляд упал на хохочущего Макара.

- А ну, Степка, обожди тут! Нам с хозяином обговорить кой чего надобно… – нервно кусая губы Игнат вернулся в избу.

Едва он вошел, как звуки из подпола повторились.

Однако на этот раз, царапание и стон переросли в глухие удары по доскам снизу.

Кузнецов опустил взгляд, как и Макар, затем вновь взялся за оружие. Намотав ремень на локоть, Игнат взял ружье в правую руку и рывком захлопнул за собой дверь.

Изба погрузилась во мрак, освещаемый только танцем огня из топки.

- У меня к тебе только один интерес имеется – поднимая глаза, почти прошипел Игнат – Какого хрена тут происходит?

- Ты о чем, бродяга? – оскалился Макар, обнажив неровные, желтоватые зубы – Я вроде доходчиво тебе все объяснил – он усмехнулся еще шире и с наслаждением добавил – Ты покойник! Вот и весь ответ…

- Кто в погребе заперт? – перебил его рассуждения Игнат, подступая ближе к кольцу люка – Не глухой ведь я, сразу услыхал.

Жена твоя?

- Не угадал – пожал плечами Макар, отступая спиной в темный угол – Да и не должен я тебе говорить. Мой дом, кого хочу, того и держу по погребам.

- ЭТО НЕ ТВОЙ ДОМ! – тряхнул ружьем Игнат, горячо и отрывисто дыша – Может я не сыщик конечно, но не слепой! Вижу, что баба тут живет.

Или жила! – он кивнул на люк в погреб – Её, ты там запер?!

- Не твоего ума дело, еще раз тебе говорю… - с угрозой произнес Макар, попятился еще глубже в угол и завел руку за спину, в непроглядную тьму.

Глухой удар снизу сотряс пол. За ним еще один. Игнат перевел ствол вниз, а затем вновь поднял, пытаясь поймать в прицел отшельника.

Но не успел.

Словно ветер пролетел по избе, заставляя огонь загудеть в топке.

Белые вышивки, что украшали полки взметнулись от дуновения и уже через миг горло Кузнецова похолодило лезвие. Макар крепко вцепился в ворот куртки Игната сзади. Судорожно сжимая рукоять ножа склонился губами к самому его уху.

- Зря ты сюда явился, бродяга… - прошипел он – Нелегкая тебя занесла. Ох нелегкая… Я ведь тебя и чаем напоил и как гостя принял! А ты мне, чем отплатил? Стволом тычешь.