Таёжный родник

- Отнимает прежнюю жизнь и дарит новую. На свое разумение – закончил Макар и со вздохом поднялся с табурета. Наполнил чайник и бросил его на печь, затем обернулся и добавил – Твоей прежней жизни, больше нет, Игнат – с этими словами он хлопнул спичкой и запалил огонь в топке.

Не веря ни единому слову отшельника и теряясь в вихре мыслей, Кузнецов медленно опустил ружье прикладом вниз. Оперся на стволы будто на посох и поглядел в огонь.

Треск поленьев в печи слегка успокаивал, дарил забытое чувство уюта. То самое, что он оставил за спиной, отправившись в этот поход обреченных.

Закрыв глаза, Игнат вслушался в гудение своего усталого тела. Он искал. Искал в руках, в ногах, под дрожащими веками. Но так и не нашел ничего похожего на привычный ток горячей крови.

- Да чтоб меня... - прошептал он треснувшими губами и обернулся к двери. В два шага преодолел расстояние до порога и оглядываясь вышел в холодную осень. Степки не было. Там, где еще недавно стоял паренек, ветер гонял пожелтевшие листья и обломки палок.

Игнат быстро прошагал вперед по опушке и огляделся вокруг.

- Степка! Ты куда делся?! – позвал он, приложив ладонь ко рту – Червонец! Степа! – в ответ ветер усилился, подгоняя пасмурные тучи, что все гуще заволакивали небо.

- Здесь я... – послышался сдавленный голос за спиной, заставив Игната обернуться. Степка морщась от боли в боку, пытался выдернуть пробку из своей фляги с родниковой водой.

Сорвавшись с места, Кузнецов подскочил к пареньку и вырвал флягу из его рук.

- Ты чего?! – тихо спросил Степа. Вечно бодрый, с огнем в глазах, сейчас он выглядел поникшим как никогда прежде – Сказано ведь, лечит вода эта – парень кивнул на избу, мотнув засаленными патлами волос – А если и наврал этот мужик, то и хуже не будет – он протянул руку к фляге Игната – Дай, а… Дюже бок саднит. Руку твою исцелило, пусть и мне поможет.

Игнат немо замычал и отступил подальше назад. Замотал головой.

- Дурная вода это, сердцем чую… - недоговорил он. Голову иглой пронзила мысль. Болезненная, страшная, но все-таки похожая на правду.

Отступив еще на шаг, Игнат медленно расстегнул ворот куртки, а потом и остальные пуговицы. Рванул полы в сторону, подставив грудь ветру. Сжал кулак и что было силы вдавил его в свою грудь, чуть левее от середины.

Макар остановился в дверях избы и опершись руками о косяк, с невеселой усмешкой наблюдал за метаниями бродяги.