Я, Дракула! Клинком и кольями

Но вот теперь мне припомнился один из главных аргументов: ежели присмотреться, то видно, что люди подчас ведут себя точь-в-точь как животные, при этом общественное поведение человека также во многом похоже на повадки стайных животных.

И если вдуматься, то его наблюдения задолго до него сделаны. Частенько кричал один мой сотник, «чего вы в кучу сбились, как бараны, строй кто держать будет, папа римский? На папу не надейтесь, он католик, а с них толку еще меньше!». Не только овцы – многие стадные животные при нападении хищника сбиваются в стадо, чтобы таким образом легче отбиваться.

Каруи не только сбились в кучу, но даже подняли щиты, образовав защиту от редких стрел, которые до них еще долетали, и начали выстраиваться в более ровные ряды, готовясь то ли отражать нападение, то ли контратаковать.

И в этот момент арбалетчики дали свой залп из кустов в полусотне шагов от лагеря.

Я не слыхал ни звона тетивы, ни свиста болтов – просто увидел, как самые задние ряды каруев, которые левей всего, начали падать, причем часто падал не просто отдельный дикарь, а сразу по два-три. Не то, чтоб очень плотными группами падают – арбалеты кривые, не стреляют точно и тут ничего не поделать – но и там, и тут, и даже в центре. Если болт уходит влево или вправо – все равно попадает. Если ниже – в песок, жаль. А если чуть выше, но не сильно выше – то головы самых крайних он перелетает, но затем, снижаясь по дуге, пробивает череп того, что стоит в центре.

Я махнул рукой Тэгиру – пора!

И он скомандовал атаку.

Шестьсот стражников, поднявшись из кустов, с воплями бросились в атаку.

Пробежать нам шагов сто пятьдесят – подойти ближе без риска быть замеченными мы не могли, все же шестьсот человек. Это лучники и арбалетчики близко подобрались – у них кожаные доспехи вместо металла, они потише будут. Но наши сто пятьдесят шагов – это по плану, пока мы бежим – лучники еще могут стрелять, не опасаясь попасть в своих, и арбалетчики имеют время для второго залпа.

Каруи к этому моменту понесли серьезные потери – просто самое меньшее двести человек, а скорее триста-четыреста. Поскольку бегущий воин в хорошем доспехе производит много больше шума, нежели бегущий дикарь – наши шестьсот стражников произвели очень сильный эффект, к тому же у страха глаза велики.