Полумейстер

— Кет! — выдохнул догнавший, и она с трудом узнала Эдмура. — Кет, это правда ты! Мне сказали в деревне, что ты при короле, а там сказали, что ты уехала...

— Эдмур, я рада тебя видеть.

А он не рад. Улыбка на лице, а вот глаза... глаза устали и печальны, как никогда.

— Отец, — сказал он. — Болеет. Тяжело.

— Мне нужно в Винтерфелл. И если он болеет, что ты здесь делаешь?

— Позорно сбежал, — тот повесил голову. — Мне страшно, Кет. Что, если он умрёт? Пожалуйста, давай вернёмся вместе! Даже дядя вернулся в Риверран.

Сын и отец — нелёгкий выбор, но Робб был жив, здоров и если верить Риду, вполне мог справиться и сам, а вот отец... оставить умирать отца без никого из близких рядом, без неё рядом...

— Хорошо. Но ты едешь со мной. Сбегать от боли близких — не пристало Талли.

57. Замок в осаде

— Может быть, освящённая соль? — спросил септон Шейл.

— Да, может помочь. По щепотке у каждого порога, если я верно помню.

Мейстер Лювин покатал между пальцев звено из валирийской стали.

— Мейстер, септон, — Ганн поклонился на бегу, — там вороны.

— Опять?

— Лорд Робб сказал, вы знаете, что делать. Сьер Пёс устал уже их убивать, да и бесполезно это.

Вороны, половина из них мёртвые, каждое утро рассаживались по ветвям деревьев за стенами и каркали, а потом начинали лететь на ворота, словно пытаясь пробить невидимую стену.

— И они воняют, — пожаловался Ганн.

Если бы ещё Лювин знал, что делать! Невидимая стенка образовалась, должно быть, когда они с молитвой и кадилом обошли три раза замок. Или когда он капнул крови на ворота и попросил их защищать и стоять крепко. Или и то, и то. Но как прогнать ворон... крик петуха не помогал, и пепел от приношений тоже. Оставалось искать другие средства.

— Из города уже ушли все жители, — продолжал слуга.

Хотя бы смерти прекратились. Эти тени — плоские и страшные подобия людей без лиц, с огнями на месте глаз — в первые дни осады убили многих. Лорд Робб отдал приказ эвакуироваться или идти за стены Винтерфелла, но люди не все послушались. Некоторым казалось, что колдовские штучки не могут повредить тому, кто в дружбе со Старыми Богами и молится три раза в день.