Полумейстер

Кет никогда не спрашивала его, и никогда не собиралась — просто уступала возможность зажечь свечи время от времени.

Она знала, что такое лишиться матери, знала, что такое заменять её младшим. Но у неё был отец, и дядя, и Риверран — а у него?

Сама Кет зажгла свечи у Девы, замерла, глядя на спокойное каменное лицо. Скульптор из Белой Гавани, конечно, сделал её похожей на покойную Лианну Старк — но для Кет это было лицо Арьи, подросшей и расцветшей, но Арьи. Которая тоже поедет в столицу, может быть, тоже останется там навсегда, найдя себе мужа.

И Бран, солнышко Бран, он тоже собирается на юг, он тоже собирается там остаться, стать рыцарем, завоевать славу.

Что-то с ними будет?

Не случится ли беды?

И как она переживёт расставание?

«Чистая Дева, убереги моих дочерей, огради их от зла, проводи их в руки супруга, — беззвучно попросила она. — Чистая Дева, убереги моего сына, огради его от зла, проводи его к границе мужества, передай Воину целым и невредимым...»

Когда она открыла глаза и потянулась за колпачком для тушения свечей, она заметила, что Верис всё ещё стоит на коленях перед похожей на Нянюшку Нэн Старицей, кивает головой, провожая кивком молитвы.

Волнуется. Наверное, уже знает, что тоже поедет в столицу... и Кет отлично помнила, как он так же молился перед приездом короля, бедный мальчик.

Дождавшись паузы между молитвами, она положила руку ему на плечо и тихо сказала:

— Даже если в столице остался кто-то, кто тебя знал... ты вырос, Верис.

Они не узнают тебя. Тебе нечего бояться.

Плечо под ладонью напряглось, и она поняла, что угадала.

Когда полумейстер и его сестра только появились в Винтерфелле, Кет сразу заметила, что ни речь, ни отменные манеры мальчика не подходили простолюдину, ни тирошийскому, ни староместскому. Да и говорил он не как уроженцы Простора, а на столичный манер.

И этот воротник — красивый кожаный воротник, который Верис носил с любой одеждой. Он тоже привлекал внимание. Она велела служанке забрать его, пока мальчик спал, и принести к ней.

Под кожей ясно чувствовался металлический обруч с зубцами. На миг Кет захотелось взять нож, разрезать воротник и посмотреть... но искушение ушло так же, как и пришло.

Некоторые вещи лучше не трогать, так она и сказала Неду.

— Кто бы ни носил эту диадему, она мертва, — сказала она.

Нед кивнул.

— Я тоже так решил, — ответил он. — Кто бы ни были их родители, какая бы судьба ни занесла их в Мир...