Полумейстер

Мистрис Камайла говорила, что у летнийцев нет гаремов — они или не женятся вовсе и наслаждаются свободой, или хранят верность одной любви — но Красная Женщина заявила, что гарем «гораздо драматичнее», и Ширен в принципе согласилась.

Они с Деваном бежали по палубе, изображая побег от страшного шторма, когда Красная Женщина шагнула им наперерез. Лицо её было искажено ужасом, как будто она видела что-то у них за спиной — но там ничего не было. Она бросила в сторону Ширен Азора, жалобно чирикнувшего, с неженской силой схватила их с Деваном под мышки — и сиганула через борт в морскую воду.

* * *

— Ширен! — крикнула Эллария.

Сарелла, недолго думая, сбросила верхнее платье и кинулась за борт за ними вслед.

Гигантская волна вдруг поднялась, не тронув корабля, подхватила Сареллу, колдунью и детей, и унеслась в сторону берега.

— Какого лешего, мой княжич?! — крикнула Камайла.

Оберин развёл руками — он и сам не знал.

— Надо было её тогда убить, — сказал он мрачно. — Что скажем усатой бабе?

— Корабль на линии огня, — крикнул вперёдсмотрящий, и не успел никто ответить ни Оберину, ни ему, на палубу упал кувшин зелёной вязкой жижи.

— Мне кажется, — сказал Артас невесело, — я знаю, почему она свалила. И молодец, что забрала детей.

Жижа разлилась, и мелкие язычки пламени заплясали на досках палубы.

Они смотрели на огонь — на дикий огонь, который не залить огнём, не затушить песком, который отгорит, когда сожрёт себя, не раньше — и не знали, что делать.

— Развернуться к ветру! — нет, Камайла знала. Хороший капитан, Камайла. Оберин ни разу не пожалел об их романе, хороший капитан и надёжный друг, вот кем она была.

Но не Эллария.

Эллария... она рванула с шеи амулет с водой Зеленоводной, раздавила в ладони, мешая воду с кровью, зашептала ройнарские заклятья. Все Уллерши немного ведьмы, но как же глупо... он был в Асшае; даже там все признавали — магия осталась во временах героев, она мертва. Хотя, конечно, когда огонь течёт по палубе.

Огонь наткнулся на капли крови и отшатнулся прочь.

48. Столица и сумасшествие

Мой Азор Ахай!

Ваша дочь со мной в безопасности. Не верьте чёрным крыльям. Не верьте львам и птицам. Берегитесь надушенного сенешаля и рыжих женщин. Огонь сулит мне новую дорогу, а вам — казённый дом и новую любовь.

Подписи не было, но огненные буквы на стене и эта собачья кличка... стиль был узнаваем.