Полумейстер

— У неё есть, — Абель улыбнулся.

— Я тоже женат, — брякнул он. — И не знаю, что с этим делать. Знаю, как привести в порядок Дозор, — он горько усмехнулся, — но не знаю, как построить свой брак.

— Брак не не сарай, зачем его строить? Его жить надо, — мудро ответил Абель. — Каждый по-своему дышит и по-своему любит, и никто никому не учитель. Одно могу сказать: надо давать друг другу то, что сердцу желанно. Я бродяга — и она не держит меня на привязи. Она домоседка — и я не гоню её далеко от дома.

Робб кивнул. Это было похоже на инструкцию, а он любил инструкции.

44. Уэнты из Харренхолла

Трон Уэнтов располагался в мрачном подвале, напротив семейной драгоценности — чёрного доспеха со шлемом в виде головы летучей мыши — и гербового щита с девизом «Аз есмь возмездие».

Когда прадед Брус явился к Лукасу Своднику и потребовал часть Харренхолла по праву крови, тот только рассмеялся — даже когда септон представил записи о законном браке Мэраи Лотстон и сьера Джона Уэнта, межевого рыцаря из Штормовых Земель.

— Из какой дыры ты выполз? — сказал лорд Лукас. — Как из-под земли... вот и ступай под землю. Своей волей дарую тебе подземные владенья Харренхолла!

С присущим ему чувством скромности и стиля прадед назвал свой «замок» Пещерой Летучей Мыши. Оказался славный манор — попроще в содержании чем тот, что наверху, и даже с озером...

Былая слава Уэнтов висела на стенах. Чёрный Рыцарь Уэнт собрал немало трофеев: Смеющийся Джек, которому пытался подражать Улыбчивый Рыцарь, и Кошка Селейн, Двуликий Лорд и Львоящер.

— Всё в прошлом, — прошептала леди Шелла. — Всё в прошлом.

В прошлом остался прадед, и дед, и отец. В прошлом их подвиги, неведомые никому, кроме Пещеры и других Уэнтов — для остальных существовал лишь безымянный Чёрный Рыцарь, защитник слабых, отмститель опозоренных.

Остались лишь богатства, поблёскивающие в свете факелов, да верный Элфрид.

— Леди Шелла? Письмо из Королевской Гавани. Невесты скоро начнут прибывать, — подал тот голос. — Что прикажете?

— Приготовьте комнаты во Вдовьей Башне, — она покрепче сжала трость. — И если мне наконец прислали людей, пусть те начинают прибирать Чертог Ста Очагов. Я не позволю Уэнтам быть опозоренными снова.