Нундан Токкэби

Страдальческие выражение Су Ёна вовсе поблекло, ведь школьник никак бы не додумался принести бутылочку бодрости. Должно быть, его отправили попросту проверить жив ли хозяин или стал кучкой праха.

– Прекрасное утро, дядя, – поздоровался школьник. – Как спалось? Что приснилось?

– Сны видят те бессмертные олухи, которые теряют бессмертие… – напомнил Су Ён, а после испустил трагичный вздох: – Впрочем, я скоро присоединюсь к ним.

– Прежде чем присоединитесь сделаете одолжение?

Как жестоки нынче дети, как безразличен, как материалистичен мир.

Никто не справляется о самочувствии, никто не спрашивает поел ли он и не предлагает жареных кальмаров с холодным пивом, все сразу переходят к делу.

– Байк не дам, – скорбно предупредил перевальный дух.

– Нет, я по другому делу, – покачал головой Юра.

– Кеды тоже не дам, – неутешительно отмахнулся токкэби.

– Не нужны мне кеды!

– В смысле тебе не нужны кеды? – от удивления Су Ён откинул одеяло. – Ты шутишь? Зелёные кеды всем нужны. Я отдал за них целое состояние, не смей говорить, что они никому не нужны или я засолю и повешу тебя коптиться.

Как любой страстный барахольщик, Су Ён забывал о любых невзгодах и пережитых унижениях, когда разговор касался предметов его обожания. Не желая быть пустословным, он сорвался с кровати и принялся рыться по шкафам и тумбочкам, чтоб показать наивному юнцу совершенную красоту изумрудной, словно оперенье райской птицы, обувки. Чем глубже забирался токкэби, тем сильнее восхищался собственным вкусом. Полосатые гетры, жабовидные панамки, тигриные пиджаки, сюртуки в цветочек, усыпанные стразами хаори… Вряд ли под луной бродит хоть ещё один, способный похвастаться универсальным гардеробом, модник.

– Сходите пожалуйста на родительское собрание! – прямо потребовал школьник, пока токкэби окончательно не исчез среди хищного, кислотного и узорчатого барахла. – Всего один разочек, дяденька. Сходите, посидите часок, и я до конца жизни для вас за лапшой бегать буду.

По природе мальчишки крайне любопытны и порой до безрассудства бесстрашны.

Давным-давно, когда корень имбиря был крупнее, а стручки перца острее, некоторые из безрассудных мальчишек пытались завязать дружбу с перевальным духом. Не редко они предлагали покидать камни в караул, подбросить чеснока в медовое печенье, положить в мешок с рисом крысу или натравить дюжину боевых петухов на паланкин янбана[П1] . Но предлагать посетить родительское собрание – не слишком ли?

Юра не шутил. Сложив руки, он умоляюще глазел на токкэби.