Дым без огня

Его сила звенела на всю округу, словно специально приглашая фантомов на пир, и весь он был натянутый, как струна — но улыбался в прижатый плечом к уху телефон при этом мягко и чуть растерянно.

Ливень закрыл глаза, прислушался.

Дождевые капли звонко били по рыжему зонту. Маг нервно вторил им, постукивая пальцами по рукоятке. Голос его при этом журчал успокаивающе как родник:

— Да, я тоже не дозвонился. Можно Богдана дернуть. Да и у меня тут необычно пусто, успею еще до обеда заехать, если так пойдет — ты же помнишь, мне недалеко.

Звонко рассмеялся возмущению в трубке:

— Ну явно ближе, чем тебе с Западного! Но могу встретить тебя после пар, прокатимся вместе… Я знаю, что ты не боишься, Стрела! Считай, что у меня шкурный интерес.

Неспешно побрел к крыльцу детской поликлиники; его остроносые ботинки радостно хлюпали по лужам. Ливень открыл глаза, посмотрел на замершего у ступеней мага.

Он внимательно оглядывался, резко, по-птичьи склоняя голову на бок, не прекращая что-то напевать для телефонной собеседницы.

Шагнув ей за спину, коротко спросил:

— Наелась?

Чума наклонилась, подобрала ткнувшийся ей в ноги мяч, кинула обратно солнечно улыбающемуся мальчишке в комбинезоне с машинками. Его товарищ по игре уже потерял интерес к игре и улегся грудью на сидушку качели.

— Тебе лучше не показываться магу, — сказала Чума мягко, поймала брошенный ей заливисто смеющимся мальчиком мяч.

Ливень фыркну, накинул капюшон ветровки, сел спиной к больнице.

— Чего ты мне не рассказала? — спросил неодобрительно.

— Ничего такого, о чем ты не догадался, — вздохнула она. Помахала рукой мальчику, которого позвала мама: — Тебе не осталось места в их общине, ровно как и во всем этом меняющемся мире.

Ливень поднял на нее взгляд. Она улыбалась ему, так же как и тем пасмурным летним днем, когда нашла его на берегу мертвенно-спокойного Азовского моря.

— Я обещала, что мы разорвем цепь этих страданий, — она снова протянула к нему руку. — Все изменится в последний раз. Вот увидишь.

Не дожидаясь ответа, резко обернулась на звонкий детский голос:

— Со мной тетя поиграла!

— Какая тетя? Где?

Чума прижала палец к губам, которые искривила хитрая усмешка, отступила. Ее силуэт смазался исчезая.