Лживая джинни

Лживая джинни

Наталия Ипатова

1.

Баффин никогда не смотрит в глаза, выдавая нам очередное задание. Глаза у него непрерывно и беспорядочно перемещаются: с декоративного пресс-папье на настольные часы гномской работы, подаренные коллективом к юбилею, с часов на чернильницу, с чернильницы — на третью пуговицу моего жилета, на немытую чашку, на ворону в окне. Будь в нашем лейтенанте хоть на кончике ногтя магии, он бы и ворох бумаг перелистал взглядом. Как дисциплинированные подчиненные, мы с Дереком Бедфордом, младшим офицером по прозвищу Рохля, следуем направлению мысли начальника.

— От зарубежных коллег получена ориентировка, — выдает наконец Баффин. — В наши края ожидается мошенница международного масштаба Аннет де Белльтой, она же Мадлен де Куртенэ, она же Инфэнция дю Брас, она же Эврибадия Челси... она же, — сверяется с записью под манжетой, чем портит все впечатление, — Бельфлер д’Оранж. Дама весьма любопытная. Соседи взять ее не смогли, придется действовать нам.

Перебрасывает нам вскрытый конверт с делом, с отметкой служебной почты. Дерек ловит его: он любит бумаги. Я занимаюсь остальным.

— Чем любопытна оговоренная персона? — спрашивает мой шеф-напарник. — И на какие меры предупреждения нам в отношении нее рассчитывать?

Баффин некоторое время жует воздух.

— Она делает из мухи слона, — говорит он. — В буквальном смысле. Она использует магию словесного преувеличения.

— Каким образом ей это выгодно?

— Бриллианты, — Баффин делается лаконичен.

Дерек думает.

— Но она же продает большие камни? То есть, в момент продажи никакого обмана нет.

— Но она не прилагает к увеличению их стоимости никаких усилий. Всего лишь пара слов лжи, а делать состояние на лжи — асоциально. К тому же, — буднично добавляет Баффин, — они вскоре сдуваются. Вы должны найти эту лгунью и арестовать ее. Это все. Свободны. Приступайте.

— По крайней мере не очередной висяк, — говорит Дерек, и я с ним согласен.

* * *

— Баффин как рупор социальной нравственности. Какая прелесть!

Тонкая это штука — социальная нравственность. Каждый готов ее защищать, однако каждый мнит себя ее мерилом. Лично мне для полновесного геморроя до конца дней хватило бы одного общественного порядка.

— Что вообще подходит под определение: делать состояние на лжи?

— Спроси у Альбина Мяты, — советую я. — Он журналист, он умеет.

— Не любишь ты эльфов, Рен, — поддевает меня Дерек.