Птичьи грёзы

Прежде чем показалась пара кричавших ночных гуляк, в укромное убежище переулков ворвалась странного вида девица.

Серые волосы растрепались, желтые глаза пытливо искали спасительную тень, незримую тропу или таинственный омут, что сокроет от преследователей. Девушку сопровождал свист ветра, вместо закономерного эха шагов, а её движения, повадки, всё её длинное гибкое тело лишь отдалённо напоминало испуганного человека, более походя на взволнованную птицу.

Заметив Вэя Ли, она не отпрянула, не взвизгнула от неожиданности, но отчего-то улыбнулась, приложила палец к губам, а после изворотливо словно всё та же пташка взметнулась по ветвям ореха, скрылась на крыше.

Подол непомерного кафтана встрепенулся будто зачарованные крылья. В бледном свете фонарей украшавшая его вышивка стекляруса переливалась и едва слышно дребезжала.

Невольно мальчика заворожила эта картина, вызвала неприемлемое, непозволительное любопытство, желание узнать, что было прежде, что будет дальше, немедля последовать за ней.

Появление обладателей басистых голосов и завидного запаса брани, сменило интерес на страх. Пара высоких молодых людей, чьи лица исказились от ярости, неистово пыхтели, оглядывались, надеясь различить на тающем снегу следы.

Вэй Ли предусмотрительно отвернулся, надеясь, что ни рокот сердца, ни случайный жест не выдадут его присутствия. Однако, когда позади прозвучал вопрос – он невольно затрясся от страха.

– Эй, малец, девчонку не видел? – поинтересовался один из людей.

– Седая, как старуха, с носом, как у ведьмы! – дополнил второй.

– Она в нас снежки бросала, этого нельзя так оставлять! – заявил первый.

– Мы должны ей преподать хороший урок, иначе наша студенческая честь будет запятнана. – подытожил второй.

– Почему ты молчишь?! – теряя терпение спросил первый.

– Считаешь, что в студентов институтов можно швыряться снежками?! – возмутился второй, раздраженно одёргивая ночного прогульщика.

– Ненужно отводить меня домой! – воскликнул Вэй Ли. – Я не хочу плясать на сквозняках, не хочу размахивать веерами, а Лазарь заставит это сделать! Он заставит плясать, пока сквозняки до крови не порежут ноги, пока веера до костей не сотрут пальцы! А потом опять начнёт болтать о том, что я должен быть благодарен. Благодарен! Благодарен за то, что с его помощью войду в новую семью мастером балета.