Таноя

Таноя

Юлия Ляпина и Елизавета Соболянская

Глава 1

Шумное стойбище орков особенно сильно гудело в начале осени. Пора свадеб — девушки готовят наряды, матушки пересчитывают приданое, отцы точат топоры и ставят хмельную брагу. В суете даже дети носятся как угорелые, передавая поручения, перетаскивая корзины с шерстью, битую птицу и корни аира для приготовления лепешек.

Тише всех ведут себя невесты — сидят скромно в маленьких, богато украшенных палатках, прибирают волосы, вплетают в них звонкие амулеты, подводят глаза толченым малахитом на меду, рисуют на зеленой коже узоры серебряной краской, в общем, готовятся к самому важному дню в жизни орчанки.

Сидела в своей палатке и Таноя. Она была немного тонковата и слишком высока для орчанки. Предки ценили невест коренастых, широкобедрых — чтобы легко рожали даже в голод или весеннюю бескормицу. Чтобы усердно хлопотали по хозяйству, доили овец и коз, варили сыр, собирали хворост и тростник, валяли кошмы и следили за юртами, но при этом ели поменьше, ткани на одежду тратили немного и легко носили на себе две-три пригоршни украшений, показывая богатство семьи.

Впрочем, недостатки внешности юной орчанки искупались хорошим приданым. Благодаря высокому росту и хорошему зрению она лучше других невест управлялась с легким луком, легко находила съедобные травы и быстро шила одежду. В общем, была достойной невестой сильного воина из первой сотни.

Больше о Таное и сказать было нечего. Юная дева из хорошей семьи, каких в стойбище две руки сидит, поджидая женихов на вечерний той.

Впрочем, орчанка была еще слишком юной и не ведала больших потрясений. Ее будущее лежало перед ней как на ладони — крепкая семья, младшие братья и сестры, дяди, тети, бабушки и деды. Замужество за молодым и перспективным орком. Кольцо для ее юрты дед вырезал, когда Таное исполнился год, и с той поры каждое лето добавлял к нему длинные крепкие палки, готовя будущее жилье для любимой внучки и ее будущей семьи.

В браке родятся дети. Муж будет пасти стада, гоняться с молодыми охотниками по степи, а она — мыть шерсть, хлопотать у очага и петь протяжные песни, бередящие душу…

Таноя тихонечко запела, вплетая алые бусины в жесткие черные волосы, представляя, как весело будет кружиться в брачном танце между ярких костров, позвякивая монистами! К палатке подошла бабушка Эгев — старушка была еще вполне крепкой, но ходила, опираясь на палку кизилового дерева.