Княжна В.

На следующий день Сергей отлучился из этого гостеприимного приюта, чтобы навестить меня и купить, как оказалось впоследствии, подарки к помолвке. К удивлению юнкера, Мария Александровна приняла предложение поручика Пахмутова, а старая княгиня не стала возражать и благословила этот скоропалительный союз.

Я никак не мог взять в толк — как это мой сдержанный, разумный и рациональный товарищ так быстро решился на столь ответственный шаг. Опрометчивость моего дорогого Сергея Афанасьевича меня, прямо скажем, шокировала, и я тут же решил во что бы то ни стало добиться с ним встречи.

Алексей Владыкин меня в этом желании поддержал и вызвался сопроводить меня до их дачи.

Расплатившись в «Гроздях», мы взяли извозчика и отправились по названному адресу. В дороге юнкер, как-то нехорошо глядя, все подначивал меня, делясь сомнениями относительно успешности этого брака. Мальчик поведал мне, что, несмотря на древнюю дворянскую фамилию, они не располагают ни средствами, ни положением и что родители Сергея непременно принудят его расторгнуть помолвку.

Его нежная сестра, которой он хотел своей образцовой службой заработать хорошее приданое, этого, разумеется, не переживет.

Сбивчивому рассказу юноши вторило неровное движение двуколки, которую трясло на каждой кочке. Южная ночь была тихой и липкой, как свежий мед. В окна нещадно задувало, и мне казалось, что еще немного — и мы взлетим над дорогой и сам ветер отнесет нас к порогу дачи Владыкиных.

Этого не случилось, добрались мы в целости и сохранности. Сергея я застал в гостиной, подле занятой вышивкой Марии. Мне неприятно и больно теперь вспоминать тот разговор с драгоценным поручиком Пахмутовым. Да и разговор ли то был? Сергей всем своим видом показывал, как неприятно ему мое нахождение на даче у княгини и ее внуков. Мы крепко повздорили и даже подрались — повару и дворнику Владыкиных пришлось нас растаскивать.

Сам не знаю, что на меня нашло.

Помню только, что я смотрел на Сергея и будто бы его не узнавал. Я вдруг понял, что мне никак не удастся убедить этого внезапно ставшего мне незнакомым человека в том, что женитьба эта, предваренная столь мистическими обстоятельствами, не принесет ему ни счастья, ни выгоды.

Лицо простоявшей всю нашу ссору на балконе Марии Владыкиной казалось мне пустым и холодным, как фарфоровое блюдце, с помощью которого девушки гадают на Святках.