Дело о канарейке

Не обращай внимания на метательные ножи, если увидишь вдруг.

— Честное слово, еще чуть-чуть и вместо нашего пережравшего кенара я наложу паралич на тебя, Шельма, — очень тихо буркнул под нос Рим.

Убийца либо не услышал, либо сделал вид. Просто пошел вперед.

Внутри помещение было далеко не таким помпезным, как снаружи. Оно было старым и поддерживалось в рабочем состоянии, судя по всему, на пожертвования. Пол не скрипел лишь потому, что был каменным, стены не отличались ничем из-за персиковой штукатурки, перила у лестниц были более изношенные, чем промежности у бронзовых статуй.

— Погодь, а в каком кабинете йога идет? — шепотом спросил Шельма.

— Думаю, стоит идти на грохот. Едва ли пышные дамы на разминке порхают бабочками.

Рыжий прыснул.

— Тогда высока вероятность, что это на первом этаже. Во имя безопасности здания.

— Скорее на цокольном. Первый слишком высоко для подобного, — Рим стянул перчатки и сунул их механически в карман, задумавшись на мгновение, а не слишком ли он спешит.

— Как ты мудро заметил ранее, я на пышечку не смахиваю, не имел чести бывать на таких мероприятиях. Но я однажды сходил на сеанс рисования с вином, там да, вино было дешевое, но много. Моя пара наклюкалась так, что до дома не дошла, пришлось на улице положить.

— А ночью она замерзла и померла от переохлаждения… Романтично.

— Кстати, вполне возможно. Ибо она даже не написала ничего после, — заметил Шельма.

Как только они дошли до одной из больших зал, стало слышно. Их действительно нельзя было пропустить. Этот гортанный хохот. Этот тыгыдык. Звон бокалов. Пышечки это было прям очень вежливо в их адрес, если судить по тому, как трясся пол.

— Знаешь, вот я вроде убийца, но некоторых мне не понять даже… Даже после довольно долгого стажа в этой профессии.

— Посмотри на это под другим углом. Ложкой и вилкой копаем мы могилу себе. А эти решили выздороветь. Главное, чтобы выжили, а не… а не пережили массовую резню томагавком… Иначе нас ждет внезапное кратковременное землетрясение. Баллов в двенадцать…

Шельма склонил голову набок, задумавшись.

— Странный выбор оружия для таких… Эм, широких тканей. Убийца должен быть очень сильным.