Бессердечный

Бессердечный

Павел Николаевич Корнев

Всеблагое электричество #2

Некогда в этом мире властвовали падшие, но люди сбросили их тиранию и создали могучую империю с колониями, раскинутыми по всему свету. Власть метрополии сильна как никогда, но ее прошлое темно, а будущее смутно. Старые тайны способны в один миг уничтожить все, что создавалось годами, ведь от предательства не спасут ни армады броненосцев, ни груженные бомбами дирижабли.

Ключ к одному из таких секретов по наследству и воле случая достается Леопольду Орсо, бывшему сотруднику сыскной полиции, а ныне частному детективу.

Его талант сиятельного способен оживлять страхи, но и он не поможет выпутаться из паутины чужих интриг. Проигрыш грозит обернуться неминуемой гибелью, победа манит призрачным шансом уцелеть, душу разъедают старательно забытые воспоминания. А ведь он просто хотел получить причитающееся по праву рождения наследство.

Павел Корнев

Бессердечный

Нервами, нервами сшитое сердце мое!

    Группа «Стимфония».

Сердце

Часть первая

Мавр. Закаленная сталь и загущенный керосин

1

Ночь. Мрак. Скорость.

Риск.

Надсадно ревет движок; броневик несется по размокшей от дождя проселочной дороге, ежеминутно и даже ежесекундно рискуя слететь на обочину и завязнуть в грязи, а то и вовсе врезаться в дерево или перевернуться. Колеса подпрыгивают на кочках и проваливаются в выбоины, руль всякий раз дергается и пытается вырваться из рук, приходится стискивать его изо всех сил, дабы не упустить и не потерять управление.

Первая же оплошность грозила стать и последней.

Скорость. Риск.

Ноги давно занемели, спину нещадно ломило, а глаза беспрестанно слезились, но я нисколько не раскаивался, что сорвался в имение дяди глухой ночью, сразу, как только покончил с формальностями в китайском квартале. А вот Рамон Миро жалел об этом с самого начала нашей безумной поездки.

Его неизменно красноватого оттенка лицо сейчас напоминало цветом сметану, сам же бывший констебль расщеперился, как морская звезда, опасаясь вылететь из кресла при очередном рывке, и явно боролся с рвотными позывами.

В то, что неведомый душитель сумеет нас опередить, он нисколько не верил и не переставал об этом твердить, пока его окончательно не укачало.

– Остановись почистить фары! – потребовал он.

– И так светят! – отмахнулся я, не желая терять время.

«Или пан, или пропал! – мысленно повторил я слышанную от деда поговорку.