Хроники отеля "Уайтвуд". Переполох в Альпах

Пленник не мог отвести глаз от этого монотонно повторяющегося движения, только зрачки его расширялись, когда рыцарь Красного Креста поднимал оружие на уровень глаз, чтобы проверить заточку. Был пленник собою невзрачен и выглядел как мелкий служащий, и наверняка стал бы всё отрицать, но эту стадию он уже миновал, пока Хэл вёз его перекинутым через седло. Ему дали очухаться, не из милосердия, а потому, что решали, собравшись тесным кругом, как заставить его говорить. Не в озеро же его макать, имитируя утопление, не ступни же ему прижигать, не сдирать же ему кожу с пяток и голеней.

..

— Отдайте его нам, — предложила госпожа президент Титания. — У нас он запоёт.

Молли слегка встревожилась.

— Не сочтите за оскорбление, но как у вас с гуманностью? Не нанесёте ли вы непоправимого вреда?

— Нет, дорогая, если вас это так заботит, но это последнее, что ему следовало бы знать.

Усталый мозг Молли Робинс сообразил, насколько со всех сторон неуместным было соображение о гуманности. Она отошла к озеру, скинула теннисные туфли и с удовольствием вошла по щиколотки в холодную воду Женевского озера.

Когда-то давно, в юности, она так же вошла в Лох-Ломонд, а сейчас, звёздной ночью, когда только человек — и вселенная, легко было вообще отказаться от концепции времени.

Хм, придёт же в голову подобный бред. Молли умылась и вернулась на берег, где кобольды уже вовсю занимались пленником. Давешний Пак — актёр, определённый госпожой президентом на эту роль — щекотал травинкой у того в носу, и пленник чихал на отвал башки уже минут пятнадцать.

Молли заметила некоторое беспокойство Джорджа по этому поводу, но Галахад делал вид, что всё это его не касается, и всё идёт своим чередом. Пришлось бы сильно надругаться над шаблоном, если предположить, что в плане гуманизма конкретно этот персонаж мог быть несовершенен.

Наконец госпожа Титания сделала Паку знак перестать, и пленник получил желанную передышку — в буквальном смысле этого слова перевёл дух. Галахад кивнул Джорджу, мол, время задавать вопросы.

Джордж смутился:

— Я не говорю по-французски...

Пришлось им звать Молли.

— Спроси его, на кого он работает.

Пойманный сначала отводил глаза, ёрзал и пытался сохранить присутствие духа, однако когда Галахад похлопал его по щекам плоской стороной меча, когда он наклонился к нему, для выразительности опершись локтем о колено — начал потихоньку выдавливать из себя слова.

Оказалось, он работает на железнодорожной станции. Буквально, вы не поверите, стрелочником.