Хроники отеля "Уайтвуд". Рождество в Париже

Тони отставила чашку и вскочила на ноги.

Два дюжих санитара, не местных — тех бы она знала! — видимо, из «скорой», втолкнули в комнату каталку с пациентом, привязанным ремнями. Пациент, старше среднего возраста, в чёрной форме парижской жандармерии, очевидно, был в болевом шоке, Тони бросились в глаза его неестественно поднятые брови и выкаченные «рачьи» глаза, он кричал, но настолько бессвязно, что ей не удалось уловить никакого смысла, кроме крайнего негодования. И ещё она сразу увидела, что его левая рука сломана и торчит под чудовищным углом.

— В операционную! — приказала она. — Арсен, извините, продолжим позже. Давайте его на стол.

И решительно вколола успокоительное в шею пострадавшему.

12. Лучший полицейский Парижа

Спустя всего лишь пару минут доктор Дюнуа озадаченно смотрела на дело рук своих и чувствовала себя дурой. Пострадавший, на мундире которого были нашивки офицера высокого ранга, мирно спал под анестезией, а из разрезанного рукава торчал обломок металлической конструкции в гуттаперчевой обмотке.

— У него фальшивая рука, — пробормотала Тони. — А сам-то он настоящий?

Разрезав мундир от ворота до пояса, она обнаружила и настоящую руку, сжимающую пистолет, надёжно зафиксированную на теле усилиями бравых санитаров. Во избежание несчастного случая Тони аккуратно высвободила оружие, убрала его подальше с глаз и села ждать, когда пострадавший придёт в себя и расскажет, что тут, чёрт возьми, творится.

Однако ждать пришлось намного меньше: через минуту в операционную ворвался Арсен, и ничего хорошего он при этом не сказал.

— Это комиссар Жюв, лучший полицейский Парижа.

— Серьёзно? А по нему и не скажешь.

— Совершенно серьёзно. У него энтузиазм и хватка терьера, он изобретателен и полон энергии. Да, есть одно прискорбное свойство: в состоянии крайнего возбуждения — а комиссар постоянно в него впадает! — он теряет дар членораздельной речи. Сами-то вы в порядке, мадам Дюнуа?

— В полном, за исключением моей самооценки.

— Мы с вами пили чай? — теперь Арсен посмотрел на неё в крайнем недоумении. — Проклятье!

— У вас провалы в памяти?

— Нет. Это был не я. Мадам Дюнуа, вы были в большой опасности.

— Что вы городи... Фантомас?

Арсен кивнул.

— И всё, что вы... он о вас рассказал — неправда?

— Смотря что он обо мне рассказывал.

— Ну, что вы, например, дерматолог. Или...