Ледяное сердце

Путь в Туонелу

Илья с мрачной усмешкой думал о том, что второй раз подряд новогодняя ночь проходит мимо него, а рассудок и душу занимает совсем другое. Правда, год назад он решал лишь собственные проблемы, а сейчас угроза нависла над всем городом. И если заклятие все же удастся снять, то потерянные счастливые минуты никто уже не вернет ни ему, ни остальным, особенно Ларисе и ее детям. Он надеялся, что когда-нибудь боль сменится доброй памятью и Новый год вновь станет для них праздником, но до этого было очень далеко — женщине предстояло одной пережить гормональную бурю у дочери, поступление в школу у сына, проблемы со старшим поколением и многое другое, что гораздо легче проходить вдвоем.

Но сейчас она в основном пребывала в полузабвении, и только Накки удавалось немного ее расшевелить. Девушка приносила успокоительные травы от Антти и смотрела с ней семейные фото на ноутбуке и планшете — тут Лариса даже улыбалась, вспоминая трогательные моменты из прошлого.

Мила с братишкой были под опекой у Яна — Илья объяснил сыну, как действуют успокаивающие посылы, — а сам колдун долго сидел на кухне с домовыми и слушал истории о славной и временами жуткой жизни Коди-Халтиа, старшего духа в доме Антти. К его удивлению, Сату отказалась отдохнуть и участвовала в приготовлении праздничного ужина для постояльцев, а пожилым и больным даже сама отнесла еду в комнаты.

— Домовые очень сильные, — заметила Накки с печальной улыбкой, когда они остались наедине.

— Халти так и не увидит внука, которого так ждал, — вздохнул Илья.

— Мы все когда-то встретимся в своих стихиях, — напомнила водяница. — И я верю, что близкие существа остаются рядом. Они не помнят, но чувствуют друг друга, притягиваются и вместе витают в доме над очагом, в лесу, над озером. Человеческая оболочка дана нам на время, а сущность остается навсегда.

— По идее мы тоже должны сознавать предельность жизни, но это так тяжело! — ожесточенно сказал Илья. — Знаешь, я хочу ненадолго съездить в одно место, но не знаю, допустимо ли в такой момент...

— К Гелене? — спросила Накки, коснувшись его подбородка. — Хочешь ее повидать?

— Да просто это больше некому сделать, — вздохнул Илья. — Она же всех растеряла по собственной дурости! Если в Новый год никто о ней не вспомнит, она может и снова с катушек слететь.