Сладость, гадость и ночь наоборот

Не часто таким, как я, удается вернуться в родные места. И тому есть веская причина — Ковен запрещает проводить подобные ритуалы. На моем месте мог оказаться другой, менее сговорчивый твой предок, который нашел бы оскорбительным подобное обращение с памятью Рода. И не стал бы любезничать с молодой ведьмой.

К вашему счастью, ты призвала меня. Смею надеяться, виной этому не столько мой дар, сколько — твои воспоминания о наших чудных розыгрышах над твоей прабабулей. Она до сих пор припоминает их мне на том свете. Поэтому, можешь быть уверена, я знатно повеселился, наблюдая за тем, как вы, поджав от страха хвосты, носитесь с коробками и стульями, пытаясь поймать мой след.

Кстати, все это время ты могла найти меня в своем барном ящике. Если не досчитаешься одной бутылки, знай — это гостинец твоей прабабушке.

Береги себя, Лиара.

Любящий тебя прадедушка,

Ларион Ильин

P.S.

Камелия Оромори, знай, ответ на твой незаданный вопрос: «Да».

Дочитав письмо до конца, девушки замолчали.

— Так мы могли не разводить костер? — вымолвила ошалело Киссия.

— Выходит, что так, — прошептала Лиара.

Они вместе посмотрели на все еще заливающуюся смехом Камелию, и присоединились к ней.

***

В полночь Камелия Оромори скрылась за дверьми подсобки, собираясь переместиться на бал в честь Велесовой ночи.

— Меня уже, скорее всего, хватились, — говорит она с жалостью.

Киссия крепко обнимает сестру, не отпуская целую минуту.

— Я буду скучать, — говорит она глухо, едва не запутываясь кошачьими ушами в чужой прическе, и Камелия нежно улыбается.

— Мне тебя тоже не хватает после переезда. Но я скоро навещу тебя, обещаю.

Лиара только машет на прощание рукой, не желая мешать сестрам.

***

Когда за Камелией закрывается дверь подсобки, стук в другую, входную группу, заставляет ведьм подпрыгнуть на месте.

— Ты ждешь кого-нибудь еще? — спрашивает Киссия, но Лиара только качает головой.

Они обе насторожено замирают, оглядываясь на стол, словно дух прадедушки Лиары все еще может быть где-то здесь.

— Открывайте, — раздается низкий мужской голом по ту сторону двери, и Киссия узнает его.

— Черт, это мой наставник, — жалостливо выдыхает она, закатывая глаза.

На дорожке перед лавкой действительно оказывается Марк Остриц — магический Часовой города Смежный. Он вонзает свой суровый тяжелый взгляд в Киссию, недовольно складывая руки на мощной груди.

— Оромори, почему я должен искать тебя по всему городу? Уговор был не такой.