Сладость, гадость и ночь наоборот

Я согласился отпустить тебя на вечер с дежурства, но с условием, что ты явишься по первому моему зову.

Киссия вытягивается перед ним, поджимая губы.

— Я не нарушала нашу договоренность.

Марк наклоняется к ней, обхватывая широкой ладонью узкое запястье девушки, задирая длинный расклешенный рукав платья и поднимая на уровень ее глаз. По коже, переливаясь бликами в свете настенных светильников, смещаются серебряные браслеты. Два из них — сигнальных — почернели.

Кто-то ее вызывал. Дважды. Черт.

Натянув на лицо самую обезоруживающую из своих улыбок, Киссия вырывает руку из цепкой хватки, и пожимает плечами.

— Должно быть, не заметила. Теперь я готова идти.

Ее грубое оправдание Остриц никак не комментирует. Только кивает вежливо Лиаре, поворачиваясь спиной к двери.

— Не хотите пунша, Марк? — окликает его Лиара, подаваясь вперед. Ее голубые глаза с интересом разглядывают широкие плечи и мужественные черты лица.

Киссия про себя умиляется уверенности подруги, но держит серьезное выражение на лице.

Ее просьба вызывает растерянность в глазах колдуна. Но тот быстро берет под контроль эмоции, сурово поджимая губы.

— Не могу. Дежурство.

Он разворачивается спиной, пропуская перед собой Киссию. Но в самый последний момент оборачивается, чтобы увидеть разочарованную ведьму.

И говорит:

— Я бы с удовольствием выпил с вами утром горячий шоколад. Моя смена заканчивается в девять.

На лице Лиары расцветает глупая улыбка.

Когда Киссия и Марк покидают лавку, Ильина еще долго смотрит им вслед.

— Ах, какой мужчина.

Настолько оторвавшись от реальности, что забывает о предосторожности и не спешит закрыть дверь.

— Не обижай ее, понял? — копируя суровый тон Острица, предупреждает Киссия, как только они удаляются на приличное расстояние от эзотерической лавки «12 знаков».

Марк не смотрит на нее, но, почувствовав нутром, что стать врагом этой ведьмы плохая идея, кивает.

***

Этой ночью случится еще очень многое.

Камелия Оромори будет блистать на балу в своем нежном платье, притягивая восхищенные взгляды. И никто так и не заметит, что фатин местами помялся, а подол припылен дорожной грязью.

Лиара Ильина, возвращая на привычные места мебель в лавке, остановится, заметив лист с загробным посланием своего прадедушки. И, переместившись домой, откроет старый альбом с фотокарточками.